Книга Остров Время, страница 60 – Евгения Михайлова

— Это без сомнения, что не случайно. — Кристина вновь задрожавшими руками пыталась привести себя в человеческий вид. — Просто у нас нет ни времени, ни возможности сейчас качать права. Но ты можешь уехать, если получится, на этой храброй бедняжке, которая сейчас спасла наши жизни.

— Не такая уж она бедняжка, — обиженно отреагировал Дима. — Я за ней слежу как за родной. Буду ждать вас в любом случае. Не заведется моя машина — вызовем другую, но я одну вас тут не оставлю.

«Как может осветить самую мрачную ситуацию встреча с одним хорошим человеком!» — подумала Кристина и храбро шагнула к калитке в ограде.

Ее встретили нахмуренные охранники, они долго и пристально рассматривали документы. И она, конечно, не могла не заметить, что сотрудники этого учреждения немного сбиты с толку. Их движения были суетливыми и несогласованными, взгляды украдкой на нее — напряженными. Очень хотелось громко заявить им: даже не сомневайтесь, все узнают о ваших интригах и преступных планах, когда я напишу материал. Но пока, конечно, не до этого. Тут выбраться бы живой из этого приветливого застенка.

Наконец ее привели в небольшую, плохо освещенную комнату для свиданий. Она ждала не менее получаса, пока туда ввели заключенного Добровольского.

Он оказался невысоким, но очень крепким, мускулистым человеком. Выглядел не так плохо, как можно было ожидать. Не истощенный, не измученный, а вполне спокойный и уверенный в себе человек. Наверняка среди персонала и других зэков есть немало поклонников его спортивной карьеры.

— Здравствуйте, Кристина, — произнес он хрипловатым голосом. — Если честно, то у меня сегодня уже не было сомнений в том, что вас не пустят, придумают какую-то гадость. Уже готовил объявление о том, что начинаю голодовку.

— Очень рада, что мы с вами встретились, Денис, — сказала Кристина. — Но препятствия были. Не стану уточнять. Но неужели я у вас первая журналистка, которую допустили?

— Так и есть. Надя вам, наверное, писала. Она стучалась во все редакции, люди пытались, но никого так и не допустили.

— Мне сказали, что время у нас очень ограниченное. Давайте сразу начнем с конкретных обстоятельств. Что случилось у вас с Анной Павловой в тот ваш последний свободный вечер в стране? Материалы я читала, фото видела. И не могу припомнить дела, в котором человека признали виновным в убийстве без тела жертвы. Но об этом потом. Сначала давайте реальные детали: видели ли вы Павлову в вечер ее исчезновения? Как проходила встреча, если видели? Вы, конечно, знаете, что в номере Анны было все перевернуто и измазано кровью. Экспертиза показала, что это ее кровь. Как объясняют отсутствие тела, вы тоже наверняка знаете. Я о показании свидетеля, который заявил, что вы купили цистерну серной кислоты незадолго до случившегося.

— Самое забавное то, что этот свидетель даже не подстава обвинения. Он не соврал. Я действительно купил серную кислоту. И не первый раз. Я отдыхаю только тогда, когда что-то делаю руками. И есть у меня хобби — делать классные машины из отходов, которые тащу к себе в гараж отовсюду. Только кислота очищает трубы и ржавые металлические поверхности. Конечно, с ней надо уметь обращаться. Были бы мы на свободе — я показал бы вам, из чего делаю практически новую машину. Сейчас там уже все разнесли по частям и кусочкам «в интересах следствия». Так что это единственная правда в моем деле. Ну кроме того, что с Павловой я на самом деле встречался. Зашел вечером в ее отель выпить в баре. Она ко мне подошла, я ее угостил. Мы давно знакомы. И всем известна ее работа — «скорая помощь» для тоскующих мужчин или тех, кому бесплатно никто не дает. Извините за подробность. У меня большой нужды в ее услугах никогда не было, разве что от нечего делать… Дело свое она знает, поговорить тоже охоча. А я в тот вечер очень старался отвлечься от очередной сцены, которую устроила мне невеста. Кстати, я никогда не называл себя женихом Лизы Кононовой, дочери городского прокурора. Это она мне проходу не давала. Но и не прятался под чадрой от нее. Девица известная, богатая, практически всесильная со своим папашей. В общем, я, конечно, показывался с ней в разных кругах и на людных площадках. Не сомневался, что скоро избавлюсь. Между нами: мы даже близки были от силы два раза. И это оказалось для меня преодолением. Не хотел ее обижать, но она мне была неприятна. И не хотелось портить отношения с ее семьей. Но, как говорят, совпадений не бывает. Ровно через неделю после того, как я признался, что у меня почти оформлены документы на выезд в США, только на меня, без нее, за мной пришли. Взяли по обвинению в убийстве Павловой в вечер нашей с ней встречи. Не знаю, каким по счету я был клиентом у нее тогда, но точно не единственным. Ну и началось следствие, допросы… Били меня до полусмерти, но я не признался в том, чего не совершал. Никакого намека на мотив не нашли, но всегда есть такая причина, как «приступ агрессии» и скрытые порочные «инстинкты»…