Книга Таежная банда, страница 59 – Валерий Шарапов

— Простая предосторожность, которая Варану ничего не стоила. Привычка перестраховываться, знаешь ли. Если учитывать, чем он занимался до посадки, то привычка полезная. Поставь себя на его место в тот день. Да он был рад, что я перебил его свиту! Бармалея держал при себе на всякий случай — вдруг пригодится? Наверняка наплел ему про сказочные богатства и прочее… В общем, пошел напрямую к тайнику. Чего ему плутать? Забрать свое и ждать в укромном месте, пока придет время встречи. Что у нас там? — кинул он взгляд вдоль просеки.

— Пара деревушек, заброшенный поселок геологов, пара старых зимовий… Больше ничего, только леса. Никаких урочищ, скальных массивов…

— Туда и идем, — кивнул Егор.

Отдохнувшая группа продолжила движение. Вскоре просека уперлась в овраг с обрывистыми краями. Сбоку Алла обнаружила сломанную ветку, раздавленный тяжелой ногой муравейник. Туда и отправились. Пару раз находили следы, окурок папиросы, насаженный на ветку (явно Бармалей развлекался), потом все пропало. Движение замедлялось, усталые люди с трудом переставляли ноги. Над Цыпленковым уже не подшучивали — теперь он, молодой и быстрый, над всеми издевался: мол, что, старичье, выдохлись уже? Еще через полчаса группа вышла из лесного массива на проселочную дорогу. Справа проглядывали крыши деревушки, ветер доносил «опьяняющие» запахи навоза.

— Клочков, ты мужик сообразительный, — отвела Алла в сторону старшего группы. — Докажи, что я в тебе не ошибаюсь. Бери троих — и в деревню. Стращай, пугай корками, как хочешь. Или по-доброму, тоже вариант. Опрашивайте грибников, рыбаков, охотников. Нас интересуют два мужика — приметы знаешь. Деловитые, с вещмешками. Местные их могли видеть. Куда шли? Дуй, Клочков, у тебя час в запасе, может, полтора. Мы пойдем прямо, в тот лес. Пройдем километр и встанем. Потеряемся: сигнал — два выстрела вверх из макарова.

— Не дураки, Алла Викторовна, все сделаем, — бросил старшина и стал выкрикивать фамилии — видимо, самых толковых.

В лесу на поляне никаких следов не нашли. Наткнулись на замшелое зимовье, прочесали его и окрестности со всей осторожностью. Альба, уже «выздоровевшая», след не брала, махала хвостиком, ковырялась в земле. Отыскала старые кости — возможно собачьи.

— Эх, подруга, — вздыхал Сергеев. — Ты бы что-нибудь полезное нашла…

На это зимовье уже сто лет никто не заходил. Стены избушки почернели от старости, в полу зияла дыра. Цыпленков отыскал обросшую грязью лестницу, слазал на чердак. Вернулся с перепачканным носом и разочарованной физиономией. Двинулись дальше в лес. Боевой задор пропадал. Сотрудники все чаще отставали, прикладывались к дикой малине, которой в этих краях было навалом. Кого-то вовремя оттащили от волчьей ягоды: ну и что, что красивая? Памятник на могилке тоже будет красивый!

Группа Клочкова нагрянула ровно через полтора часа — не пришлось аукаться и стрелять в воздух.

— Есть зацепка, товарищ Алла, — возбужденно стал докладывать Клочков. — Мужчина старый, но остроглазый — бывают же такие. Самарин Григорий Евдокимович. Председатель нас сразу к нему повел. Позавчера на рыбалку ходил. После обеда, ближе к вечеру, возвращался. Три версты от деревни, потом столько же обратно. На Варвянке клев, говорят, просто адский… Эх… — Глаза старшины на миг затянула мечтательная поволока. — О чем это я? Так вот, возвращался Григорий Евдокимович. Много рыбы волок, решил срезать путь — чтобы быстрее. Уморился, присел в кустах, а эти двое как раз мимо него по старой дороге прошли. Уставшие были, не заметили его. Шли целенаправленно — первым худой, за ним бугай.