Книга Таежная банда, страница 47 – Валерий Шарапов

— Барышева, ко мне!

Она передумала переписывать, вырвала страницу из блокнота, сложила пополам, сунула в карман. Блокнот — на место, задвинула ящик.

Через двадцать секунд она стояла навытяжку перед грозным ликом непосредственного начальника (теперь уже точно непосредственного). Подполковник недовольно морщился, тер усы, бросал на сотрудницу скептические взгляды.

— Под твою ответственность, Барышева. Чтобы через пять минут ты и этот твой протеже стояли тут передо мною, как лист перед травою! Все ясно?

— Предельно, товарищ подполковник, спасибо!

Алла пулей вынеслась за дверь. С чего вдруг так переволновалась? Отдышалась, отправилась вниз — не спеша, вся исполненная чувства собственного достоинства. По пути здоровалась с сотрудниками — те поглядывали на нее весьма странно. Она спустилась на третий этаж, повернула к камерам.

— Худяков, отпирай клетку!

— На расстрел, Алла Викторовна? — высунулся из своей каморки сотрудник.

— Хуже, Худяков. Отпирай и отойди.

Лязгнул замок. Худяков отошел. Егор поднялся, в глазах застыл немой вопрос.

— У вас такое лицо, товарищ Барышева, словно вы собрались зачитать важное правительственное сообщение, — пошутил он.

— Не умничай, — буркнула Алла. — Пошли. Их сиятельство хочет тебя увидеть. Будь смирен, почтителен, не форси блатными замашками. Худяков, я увожу этого постояльца. Распоряжение Бурового. С него снимаются обвинения и возвращается честное имя. Надеюсь, что ненадолго, — не удержалась она от шпильки.

Конвойные остались в замешательстве.

— Подожди, — опомнился уже на лестнице Егор. — Ты уговорила свое начальство?

— Не уговорила, а привела кучу неоспоримых аргументов, — отрезала Алла и кивнула: — Вперед.

На втором этаже произошла заминка. Из коридора вышли двое — незнакомый сержант и младший сержант Цыпленков — важный и во всеоружии. У последнего от изумления округлились глаза. Рука машинально потянулась к кобуре.

— Убивец сбежал! — взвизгнул он. — Алла Викторовна, вы что, не видите? Стоять, скотина! — Он чуть не набросился, но передумал, выхватил пистолет и наставил на цель. Егор вздохнул — опять двадцать пять.

— Цыпленков, отставить! — крикнула Алла и бросилась между Егором и стволом. — Убери оружие, придурок! У тебя с головой-то все в порядке, Цыпленков?!

— Так он же… того, Алла Викторовна… — Ствол в руке рьяного стража правопорядка дрогнул.

— Сейчас ты у меня будешь того! Кучеренко, убери с моих глаз этого выскочку! Так надо, товарищи. — Она понизила голос, проглатывая смешинку. — Больше на этого человека никто не набрасывается, уяснили?

— Алла Викторовна, но как же так? — расстроился сержант. — Он убил капитана Лукьянова, идет по нашему зданию — без наручников, без конвоя…

— А ты видел, Кучеренко, как он убил капитана Лукьянова? — рявкнула Алла.

Сержант покачал головой.

«А я видела», — подумала Алла.

Из коридора вывернули еще несколько сотрудников, приняли озадаченный вид.

— Так надо, — повторила Алла. — А ну, разойдись, народ, что вы тут столпились? Я вам что, медведя с балалайкой показываю?

Алла первой шла по коридору с поднятой головой. Егор с трудом поспевал за ней и издавал странные сдавленные звуки.

Подполковник Буровой смотрел на него исподлобья, придирчиво. Алла на всякий случай отошла. Начальник райотдела зловеще встал из-за стола, подошел, сверля вчерашнего зэка глазами. Егор был спокоен, стоял по стойке смирно, но грудь не выпячивал, подбородок к потолку не задирал. Впрочем, было неприятно, подполковник умел произвести отрицательное впечатление.