Книга По следам дзёро-гумо, страница 64 – Полина Луговцова

— Нет-нет, пусть остается, – поспешно заверила ее Амина, расправляя скомканный подол.

— Что ж, в таком случае нам пора. – Зэнзэн направилась к выходу и отворила дверь.

Амина оторопела от неожиданности, увидев скучковавшихся у порога огромных черных пауков, каждый из которых превосходил размерами крупного кабана. При виде Зэнзэн они разбежались в стороны, прижались к стенам коридора и попрятались в темных углах.

— Это твоя вчерашняя свита. Сейчас утро, и в нашем заведении нет посторонних, так что стражам незачем притворяться людьми. Находясь в облике паука, они быстрее бегают, им так удобнее. Да выходи же, не бойся, не съедят! – Зэнзэн обернулась к замешкавшейся у двери Амине. – А вот Великая Праматерь запросто может высосать тебя, как сырое яйцо. Не просто так, конечно, а только если ты ей не понравишься.

Явно забавляясь, Зэнзэн растянула губы в широкой ухмылке и звонко щелкнула зубами перед носом Амины.

Безлюдный холл на первом этаже игорного дома, вчера казавшийся таким роскошным, сегодня выглядел, как дешевая забегаловка: грязные следы на полу, остатки еды на столах и беспорядочно расставленные стулья придавали помещению запущенный вид. Между столами ковыляла Юнру, вооруженная совком и веником.

Амина спустилась сюда вместе с Зэнзэн, но та велела подождать ее и удалилась, сославшись на какие-то срочные дела. Просторные двустворчатые двери парадного входа, по-прежнему раскрытые настежь, впускали внутрь дневной свет, лишенный солнца: небо, видневшееся в дверном проеме, было сплошь серым, как паутина, густо обросшая пылью. Глядя на него, Амина вспомнила, что оно не настоящее, а матерчатое – судя по всему, ткань натянули для маскировки, чтобы здание игорного дома нельзя было заметить сверху, к примеру, с дронов или спутников. Хозяева заведения тщательно прятали это место от посторонних глаз. Интересно, кто они – пауки-оборотни или все-таки люди? Почему-то вспомнился фильм о китайской триаде, связанной с незаконными азартными играми.

Амине захотелось выйти на крыльцо и осмотреть здание при свете дня, а заодно глотнуть свежего воздуха, потому что наводившая порядок Юнру запылила весь холл. Однако паучий конвой шустро выстроился в ряд перед выходом, преградив Амине путь, едва она направилась в ту сторону. Раздраженно фыркнув, Амина развернулась и пошла в противоположный конец холла. Сделав несколько шагов, она резко остановилась и оглянулась. Пауки, семенившие следом, застыли на месте, уставившись на нее крошечными блестящими глазками и пошевеливая острыми жвалами. Вид у них был до того омерзительный, что Амина не сдержалась, взяла со стола пустую тарелку и разбила ее об пол неподалеку от них. Фарфоровые осколки брызнули во все стороны и застучали по хитиновым панцирям. Пауки попятились. Амине показалось, что ее соглядатаи так и наливаются злостью.

— Не смейте ко мне приближаться! – потребовала она, не очень-то надеясь, что они послушаются, а затем продолжила свой путь. Обернувшись вновь через пару шагов, она с удовлетворением отметила, что на этот раз ее свита держалась на более почтительном расстоянии.

Навстречу Амине выскочила Юнру с веником наперевес – судя по всему, она услышала звон разбитой посуды. Маленькая, но широкая, она занимала весь проход, и Амине пришлось отступить в сторону, чтобы дать ей дорогу. Юнру прошуршала мимо, чем-то позвякивая, и Амина заметила у нее на груди золотое украшение – множество колец, нанизанных на толстую золотую цепь. Странно, что оно не привлекло ее внимания сразу, когда Юнру привозила платья в номер – скорее всего, потому, что как раз платья и притянули взгляд, или не только платья, но еще и необычная походка Юнру. Но сейчас Амине хотелось рассмотреть украшение, а точнее – кольца. Ее терзала страшная догадка о том, что это могут быть обручальные кольца мужчин, побывавших здесь. Ей даже показалось, что она видит среди них кольцо Кирилла.