Книга Хочу котика. Алёшу не предлагать!, страница 13 – Анна Гаврилова, Яся Недотрога

В общем, да! Меня признали фанаткой драконов, но при этом отметили, что я, если сравнивать с остальными, не такая уж чокнутая. Ну нет на моём лице той особенно глупой улыбки, да и сладких вздохов я не издаю.

А после того, как я угостила мальчишек конфетами и орешками… В общем, мы договорились о взаимопомощи!

Сначала меня интересовали абсолютно все неженатые драконы – любые странности в их поведении и особенно романы. Затем круг интересов сузился до широкоплечего красавца Эйроса. И мне несказанно повезло!

Повезло в том, что мальчишки оказались сообразительными. Они не таскали всё подряд – приходили только с полезной, по-настоящему интересной информацией. Вот и сегодняшние сведения были весьма нужными:

— Объект покинул столицу, – заговорщицким шёпотом сообщил мне мальчишка.

Я хлопнула ресницами и выдала разочарованное:

— У-у-у…

Оплатив оказанную услугу и поблагодарив за помощь, я вернулась в дом и рухнула на диван в гостиной. Алёша, который как раз дремал в кресле, от звука моего приземления проснулся. Сначала посмотрел сонно, потом укоризненно, а в итоге спросил:

— Что произошло?

— Да ничего, – буркнула я.

Но мысль о том, что решение всей этой любовной ситуации между Эйросом и Клариссой отодвинулось на какой-то срок, угнетала. Я и так работала над эссе слишком долго, мне не хотелось ждать.

Только возможности ускорить процесс, увы, не имелось – пришлось смириться. В этом смирении я сначала вернулась в кабинет, к основной работе, а вычитав последнюю страницу «приличной» и откровенно нудной статьи, откинулась на спинку кресла и подумал о том, что освободившийся вечер можно потратить с умом.

Мне нужно найти ту лавку, из которой прислали «сувенир». Та-ак… и всё-таки, в каком районе города я была в тот день? Где находится лавка?

Я прикрыла глаза, пытаясь вспомнить, и…

Я отлично помнила сам визит. Котиков лиарской породы, которых мне активно впихивали и прочую магическую и не очень живность. Лицо ушлого торговца, обстановку в лавке и даже вывеску, которую увидела вскользь, прежде чем распахнуть негостеприимно прикрытую дверь.

Но выдавать адрес моя память отказывалась. Более того, в результате этих потуг в висках неприятно запульсировало.

При том, что головная боль – очень редкое для меня явление, я растерялась. Приложила к вискам ладони, зажмурилась… И тут пульсация перешла в мигрень.

Что делать я не знала. О возможности выпить какую-нибудь пилюлю вообще не вспомнила.

Сначала страдала в кресле, потом сползала на кухню и выпила воды, а в итоге перебралась на второй этаж, в постель.

Алёша, видевший моё странное состояние, сначала удивился, затем забеспокоился, но в конце концов отвял. И да! Как и моя память, напрочь отказался выдавать адрес, хотя я, из последних интеллектуальных сил, спросила.

Вот так и закончился мой день – с болью, грустью и в разочаровании от того, что отложить приходится не только эссе, но и вот это вот.

Зато утро встретило ясным небом, солнцем и аномально тёплой погодой. Позавтракав и покормив питомца, я сложила в сумку рукописи и отправилась в редакцию – сдавать отработанный материал.

Всё складывалось хорошо. Я встретила Настиэллу, которая тоже пребывала в отличном настроении, мы выпили кофе и аккуратно, с максимальной нежностью, помыли косточки главному редактору, главному казначею и коллегам из «прогрессивного отдела». Последние занимались новостями науки и всем, что с ними связано.