Книга Хозяйка разрушенного поместья, страница 42 – Майя Саммер

У меня внутри всё закипело.

— Ты забываешься, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Ты говоришь с княжной. С женой князя Вольдемара Герхарда. А не с девкой со двора.

Он фыркнул. Коротко, зло, с таким презрением, что меня будто кипятком ошпарили.

— Княжна, — повторил он, растягивая слово, будто пробовал его на вкус. — А я вот сомневаюсь, что ты та, за кого себя выдаёшь.

Сердце остановилось.

— Что ты имеешь в виду? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Внутри всё похолодело.

Он смотрел на меня долго, изучающе. Слишком долго. Слишком пристально.

— Княжна Фрея Рунгерд, — сказал он задумчиво. — Выросла в столице, в неге и роскоши. Никогда не знала нужды. Вышла замуж за красавчика Вольдемара, ослеплённая его улыбкой. А через год — живёт в развалинах, ловит рыбу, собирает грибы, таскает дрова и разговаривает со слугами как с ровней. И при этом — выживает там, где должна была умереть. Странно, не находишь?

Я молчала. В голове билась только одна мысль: он догадался. Он знает. Сейчас он схватит меня, прижмёт к дереву и потребует ответа. А что я скажу? Что я не Фрея? Что я Ефросинья Петрова из другого мира, которая просто заняла чужое тело?

— Я изменилась, — сказала я как можно спокойнее.

Он смотрел на меня. Долго, не мигая. Потом медленно поднялся.

— Ладно, — сказал он.

Развернулся и пошёл.

Я смотрела ему вслед, не веря своим глазам.

— Ты куда? — крикнула я.

Он не обернулся.

— Я своё дело сделал. Вытащил тебя из реки. Донёс почти до дома. Дальше сама. Хочешь жить — иди. Хочешь умереть — оставайся.

— Ты не можешь меня бросить!

Он остановился. Медленно повернул голову.

— Не могу? — переспросил он и я поняла, что ещё как может.

Рагнар усмехнулся. В сумерках эта усмешка показалась мне оскалом.

И ушёл.

Я стояла, опираясь на дерево, и смотрела, как его тёмная фигура исчезает между сосен. Минуту, две, три. Тишина. Только ветер шумит в кронах.

Он ушёл.

Оставил меня одну. С вывихнутой ногой. Ночью. В лесу.

Паника подкатила к горлу. Я хотела закричать, позвать его, побежать следом, умолять вернуться. Но вместо этого я сжала зубы и заставила себя дышать ровно.

Нет. Я не буду его умолять. Я не буду бежать за ним. Я справлюсь сама.

Я всегда справлялась сама.

Огляделась. Лес вокруг стоял тёмный, чужой. Где поместье? Я понятия не имела. Рагнар нёс меня несколько минут, и я окончательно потеряла направление. Может, до дома час ходьбы, а может, три.

Наступать на ногу было больно, но терпимо. Вывих — не перелом, можно идти, если опираться на палку.

Палка. Мне нужна палка.

Я нашла её рядом. Крепкая, сухая ветка, почти по плечо. Очистила от сучков, опёрлась, попробовала идти. Нога отозвалась болью, но я стиснула зубы и пошла.

Пять шагов. Десять. Двадцать.

Я шла, не разбирая дороги, просто в ту сторону, где, как мне казалось, должен быть дом. Солнце село окончательно, лес погрузился в темноту.

Остановилась.

Дальше идти нельзя. Я не вижу ничего. Споткнусь, упаду, сломаю вторую ногу — и тогда точно конец. Нужно переждать ночь.

Я нашла большое дерево, старую сосну с низкими ветками. Забраться? Безумие. С больной ногой, в темноте.

Но другого выхода нет.

Я сунула нож в зубы, ухватилась за нижнюю ветку, подтянулась. Нога взорвалась болью, в глазах потемнело. Я повисла на руках, раскачиваясь, и кое-как закинула здоровую ногу на ветку.