Книга Сезон урожая, страница 43 – Бринн Уивер

Лукас бросает на меня лишь короткий взгляд, пытаясь скрыть жалость в глазах.

— Утром все обычно и так неплохо.

— Да, но он вспоминал недавние события, а не только вещи из далекого прошлого.

Лукас поворачивается ко мне лицом, на этот раз не пряча сожаление под маской.

— Просто не хочу, чтобы ты воодушевилась, а потом все рухнуло, Харпер. Мы оба знаем, что означает его диагноз. Даже если B12 помогает – а я очень на это надеюсь, – симптомы будут прогрессировать. – Лукас кладет руку мне на плечо, и глаза начинает пощипывать. – Слушай… я записался на экскурсию в «Шепот сосен» в августе, когда, надеюсь, мы наконец откроем винокурню. Мне бы очень хотелось, чтобы мы сходили вместе. Я изучал их программу реабилитации памяти, и, когда придет время… когда мы оба будем готовы, думаю, вариант и правда отличный.

Сотня ножей будто вонзается в горло, когда я выдавливаю:

— Да. Конечно. Пойдем вместе.

Мой взгляд падает на траву и задерживается там. Пауза затягивается. Вкус крови дает понять, что я искромсала губу до мяса. Когда я касаюсь ее, пальцы тут же окрашиваются алым.

— О, Харпер. Господи, прости, что расстроил тебя. – Лукас притягивает меня в объятия. От него пахнет опилками и ванилью, и я закрываю глаза в этом утешительном кольце рук.

— Не извиняйся, Лукас. Знаю, ты поступаешь правильно. Просто… – Я прочищаю горло, и голос срывается. Мы обсуждаем будущее, с которым никто из нас не хочет сталкиваться. Не сомневаюсь – он тоже не мечтает о таком развитии событий. – Кошмар какой-то. Грустно. И несправедливо.

— Да. Это точно полный кошмар. Но мы пройдем через него вместе, шаг за шагом, ладно? – говорит Лукас, сжимая меня крепче. Я обнимаю его в ответ. – Ты знаешь, что ты мне как сестра и что я люблю тебя, да?

Упершись в его грудь, я киваю.

— И я тебя люблю.

Мы долго стоим так, покачиваясь, как водоросли, и я чувствую, как напряжение уходит не только из моего тела – оно покидает и Лукаса. Обняв его последний раз, я наконец разжимаю руки.

— Пошли. – Выдавив улыбку, я поднимаю рюкзак с земли и закидываю его на плечи. – Пора приниматься за дело, пока люди не решили, будто мы собираемся на свидание в «Ночную мглу».

— Фу!

— Фу.

Мы улыбаемся друг другу и направляемся к небольшой группе добровольцев, затем расстилаем карту на ветхом столике для пикника за винокурней, чтобы найти наилучший маршрут. Решаем сосредоточиться на обширной территории: сначала прочесать травянистые участки и редкий лес, а завтра, когда будет больше времени, углубиться в более сложную местность.

Наша небольшая группа начинает методично прочесывать поляну, глаза устремлены в землю в поисках следов Макмиллана или Хорнелла, которых мы не найдем. Размеренным шагом я приближаюсь к хозяйственным постройкам винокурни, наблюдая за остальной группой. Хоть внешне я полностью погружена в процессы, мысли мои совсем в другом месте. Меня манит ветхое здание, треснувшее стекло, хранящее секрет безымянных костей. У меня своя цель. Зерновой сарай.

Я никогда не была внутри, но Артур рассказывал мне о нем. С него все и началось. Старик спрятал здесь свою первую жертву, когда ему было всего шестнадцать, еще до того, как заполучил богатства, поместья и все наследие Ланкастеров. Я знаю, что здесь, конечно, не найдется ничего, связанного с Макмилланом или другими пропавшими. Тайное кладбище, заброшенное задолго до того, как Артур закрыл винокурню, – бизнес, который он больше не мог вести после смерти Поппи. Однако сейчас мне кажется правильным проведать это местечко и похоронить кое-что особенное вместе с ним.