Книга Сезон урожая, страница 39 – Бринн Уивер

— Да, я тоже так думал. Но мэр считает, что нам стоит поискать и его, ведь миссис Эванстон уже подняла шум и раззадорила прессу. Если мы будем искать пропавших выборочно, появятся вопросы.

— Конечно, – отвечаю я, оглядываясь на Харпер, чтобы продолжить наш безмолвный разговор.

«Убирайся отсюда, пока есть возможность», – говорят мои опущенные брови. Харпер отвечает твердо и ясно: «Иди в жопу!» Я закатываю глаза и, когда снова поворачиваюсь вперед, чуть не врезаюсь лицом в широкую спину шерифа. На нашем пути – препятствие, и я едва сдерживаю стон.

Гребаная собака!

Миссис Эванстон держится за этого бесячего маленького демона, как за спасательный круг, глаза у нее припухшие и заплаканные. Она спрашивает шерифа Йетса, нет ли новостей о муже. Мне действительно жаль эту женщину, даже если ее собака – росомаха, замаскированная под мальтийскую болонку. Этот ужасный комок пуха полдня, когда не сидел в железной хватке миссис Эванстон, пытался атаковать всех, кто подходил на небезопасное расстояние.

Всех, кроме Харпер.

Как только собака видит мою девушку, ее поведение меняется. Она поскуливает. Сучит крошечными лапками. Царапает руку хозяйки.

— Тише-тише, – приговаривает миссис Эванстон, поправляя шлейку Королевы, прежде чем опустить на асфальт. – Что на тебя нашло?

Собака направляется прямиком к Харпер и прыгает у ее ног, просясь на ручки.

— О! – восклицает Харпер, и я впервые слышу в ее голосе неуверенную дрожь. Она приседает, чтобы погладить собаку. Королева пытается залезть к ней на колени, с энтузиазмом облизывая руку.

— Привет, маленькая прелесть. Кто тут у нас такая хорошенькая?

Миссис Эванстон хмурится, делает шаг ближе и смотрит то на Харпер, то на шерифа. И это все мне очень не нравится.

— Вы… вы раньше встречались с Королевой? Видели ее?

— Нет, я…

— Вы уверены?

— Я бы запомнила…

— Она вас знает! Королева ведет себя так только с самыми близкими… – Глаза миссис Эванстон блестят от слез. Когда она делает еще один шаг и наклоняется, чтобы получше рассмотреть Харпер, венка на шее бьется. Руки ломит от желания не подпускать ее, но я замираю, как и Йетс, не сводя глаз с этой сцены. – Пожалуйста… я ищу своего мужа, Питера. Он ушел гулять с Королевой и не вернулся. Она прибежала одна. Может, вы видели их позавчера вечером…

— Мне очень жаль. – Харпер выпрямляется в полный рост и кладет ладонь на дрожащее плечо миссис Эванстон. – Я ничего не видела. Наверное, она чувствует запах вяленого мяса, которое я ношу для воронов. Можно?

Как настоящий профессионал, она достает кусочек вяленой говядины из кармана комбинезона и держит на вытянутой руке. Королева впивается взглядом в лакомство и немедленно садится, будто на какой-нибудь гребаной выставке собак Вестминстерского аббатства. Я до сих пор не уверен, что это вяленое мясо действительно говяжье. Не сомневаюсь, что Харпер вполне может скормить собачке кусочек Питера Эванстона. Картина, в которой она раскладывает лоскуты Питера в дегидраторе, не должна быть мрачно-умилительной – но почему-то именно таковой и является.

Я провожу рукой по лицу. «Господи, куда катится моя жизнь?»

— Ну надо же. – Йетс тихо присвистывает, глядя, как Королева пожирает угощение, радостно вертится и пялится на Харпер глазами-бусинками, полными обожания. – А вы настоящая укротительница, Харпер. До переезда на Гиблый Мыс наверняка были дрессировщицей? Или это детское хобби?