Книга Его почти сбежавшая жена, страница 8 – Елена Кутукова

Не в некромантии же дело.

Впрочем, у меня был похожий опыт — мужчины тоже странно реагировали, когда узнавали, что я работаю в морге. Кто-то сразу терял интерес, кто-то проявлял нездоровое жутковатое любопытство.

Мои мысли прервала удача: на столике оказалась шкатулка с письмами.

Я запустила руку внутрь, перебирая конверты.

Первое письмо начиналось словами: «Дочь моя…».

Я дочитала письмо до конца и, не выдержав накрывшей волны эмоций, буквально рухнула на кровать. Впервые за этот день мне по-настоящему захотелось выругаться — грязно, зло, так, как явно не подобает настоящей герцогине. Едва сдержалась.

Письмо было от графини, матери Кайры. И, кажется, единственной целью её жизни теперь стало то, чтобы я — точнее, её дочь — срочно забеременела, причём непременно мальчиком. Иначе — разрыв брака.

Больше того, если мне не удастся удержать эту позицию в семье герцога, то граф может развестись с её матерью, и тогда та лишится всего: титула, богатства и светской жизни. Не сможет ухаживать за собой и следовать моде. В письме это описывалось как апокалипсис, беда, которую нужно предотвратить любой ценой.

Мне настойчиво напоминали о последствиях: если брак с герцогом распадётся, меня лишат титула виконтессы, не оставят ни крыши над головой, ни жалкой монетки. Никто не поможет, негде будет искать поддержки. И я окажусь в этом сама виновата, погубив жизнь своей родительницы, на которой граф женился лишь для того, чтобы признать меня своей дочерью.

Такое себе материнское участие… Сплошное давление.

Я невольно скрипнула зубами.

А ничего, спрашивается, что для наступления беременности женщине нужно хоть немного покоя, чувство защищённости и нормальное психологическое состояние? Сколько исследований доказывают, что стресс и тревога — первая причина трудностей с зачатием…

Кажется, мать Кайры переживала исключительно за свой титул и статус, а не за судьбу дочери.

Я никогда не была матерью, но уже подумывала взять ипотеку на квартиру для будущего ребёнка — мечтала заранее создать ему место в жизни. Такая манипуляция, как в письме, была мне откровенно противна.

В конце была приписка с упрёком и разочарованием: «Дочь моя, ты вновь меня разочаровала и продолжаешь разочаровывать…»

Даже знать не хочу, чем еще Кайра её разочаровывала…

Если бы кто-то обращался со мной так, я бы либо сбежала, либо вовсе перестала отвечать на письма.

Моя мама была совсем другой. Она поддерживала меня в самых трудных ситуациях. Когда я подала на развод, она заявила, что всё только начинается.

От матери Кайры в письме — никакого намёка на заботу. Только требования, угрозы и инструкции: забеременеть, спасти титул, не позорить семью.

Я подняла глаза к потолку.

А если вдруг сам герцог ребёнка не желает? Мне что, его к кровати привязывать?

Это определённо требует обсуждения. Надо бы всё же поговорить с мужем, узнать честно: чего он ждет от нашего брака, что собирается делать и чего вообще хочет сам. Да и, если быть честной, это интересно. Некромант же… Мне бы его способности на работе… это бы здорово облегчило жизнь…

Решила все-таки изучить и остальные письма.

Оказалось, в них была целая серия рецептов и советов, как опаивать мужа всевозможными зельями: от банальных, для улучшения плодовитости, до настоящих приворотных. Правду сказать, от этих наставлений меня передёрнуло. Неужели романтика, разговор, честное построение отношений — здесь вообще никто не пробовал? Только тайное подливание зелий от «мудрой» матушки? Подобный обман — против воли человека — приводил в негодование. Теперь стало понятно, о каких выходках говорил супруг. Я бы тоже не обрадовалась, если бы меня пытались «завоевать» зельем или заклинанием.