Книга Его почти сбежавшая жена, страница 41 – Елена Кутукова

— Вас нашли охранники, но он был тем, кто принес вас сюда на руках, — целительница говорила с благоговейным трепетом в голосе. — И должна сказать, он был тем, кто приложил больше всего усилий для вашего спасения. Вам очень повезло с супругом, миледи, хотя вы вряд ли пришли ко мне за этими подробностями.

— Наоборот, я очень ценю то, что вы рассказали. Каждая деталь важна, — искренне ответила я. — Но у меня возник еще один вопрос. У меня есть кулон, я уверена, что в нем заключена какая-то магия, но из-за травмы не помню, какая именно. Я бы спросила супруга, но он сейчас очень занят, а есть ли у нас еще маги, способные помочь, я не знаю.

— Давайте сюда ваш кулон, — с готовностью согласилась женщина.

Я протянула ей бархатную коробочку.

Прежде чем ее открыть, целительница надела на руки тонкие кожаные перчатки, словно опасаясь неизвестного артефакта. Она осторожно извлекла украшение, повертела его в руках, поднесла к свету, вглядываясь в игру розовой жидкости. Затем, прикрыв глаза, она что-то тихо прошептала, и над кулоном на мгновение вспыхнуло слабое золотистое сияние.

— Хм, странно, — произнесла она, открывая глаза. — Основное заклинание здесь очень простое — чтобы металл и камень не тускнели со временем. Но поверх него наложена искусная магическая маскировка, чтобы это скрыть. Кто-то явно постарался, правда, не очень понимаю, зачем скрывать такую безобидную вещь.

Я поблагодарила целительницу, и на этом мы распрощались.

Выходила из лазарета я в смешанных чувствах, но главное из них было облегчение. Огромное, всепоглощающее облегчение. Значит, Эдмур не лгал. Он действительно не знал, какая магия была в оригинальном кулоне, и создал лишь видимость.

И если задуматься, благодаря его отчаянному поступку я получила второй шанс на жизнь. Этот факт рождал сложный коктейль из благодарности и вины. Мне было жаль Кайру, еще совсем юную девчонку, чья жизнь оборвалась так трагично. Ее тело стало моим домом, а ее муж — моим спасителем.

Вскоре я наконец оказалась у себя в покоях. Думала уже спокойно отдохнуть, погрузиться в размышления, но меня, словно фурия, встретила умирающая от любопытства Кассандра. Она тут же заметила смену наряда, и, судя по ее блестящим глазам и пылающим щекам, причина моего переодевания в ее воображении была однозначной и весьма пикантной.

— Госпожа! — воскликнула она, всплеснув руками. — Разрешите перешнуровать вам платье? Вас, должно быть, зашнуровала какая-то неопытная служанка, все узлы не на месте! Я сама все сделаю как надо!

— С платьем мне помогал мой муж, — спокойно ответила я, наблюдая за ее реакцией.

— О! — Кассандра на мгновение замерла, а потом ее лицо расплылось в понимающей улыбке. — Тогда... тогда он справился с невиданным мастерством! — тут же исправилась она, вызвав у меня ответную улыбку. — И все же? Разрешите?

— Хорошо.

— Кстати, попросить горничную подать вам обед? Вы, должно быть, проголодались.

— Нет, спасибо. Я уже пообедала вместе с супругом.

— О, госпожа! Я так за вас рада! — защебетала девушка, ловко орудуя шнуровкой. — Глядишь, скоро придется расширять штат. Воспитатели, няни, гувернеры... — мечтательно протянула она.

Я лишь пожала плечами. Признаваться, что ничего такого не было, мне почему-то совершенно не хотелось.