Книга Академия Эвейл. Мечты сбываются, или каждому по чуду, страница 124 – Ринэя Грин

Заметив, что девушка проснулась, птица остановилась и пристально уставилась на Лу, а через мгновение лизнула подсобницу прямо в нос.

«Как это?» — встрепенулась девушка и теперь уже по-настоящему открыла глаза в своей комнате.

Над ней, виляя маленьким хвостиком, стояла Мона.

— Уувув, — оживился Шерби откуда-то с противоположной стороны.

— Ласточка моя, ну и напугала же ты нас, — покачала головой появившаяся через пару секунд мадам Элем.

— Что… — голос Лу хрипел и совершенно отказывался повиноваться, но она повторила попытку. — Что случилось?

— Ты не помнишь? — спросила женщина.

Луана нахмурилась и взглянула на Мону. Волчица смотрела спокойно. Глядя ей в глаза, подсобница рывками вспоминала произошедшее. А особенно ей запомнился холод. Холод и каре-огненные глаза.

Лу молча поджала губы и огляделась. В комнате была Мона, бабушка и… Шерби? Вопросительный взгляд Лу мадам Барош поняла верно.

— Он в МонтКлер отправился, за лекарствами.

Лу выдохнула и закашлялась. Похоже она сильно простыла этой ночью.

«Этой же?» — задумалась Лу.

Мадам Элем, словно читая ее мысли, поднесла к губам внучки теплый травяной отвар и сказала:

— Ты не приходила в себя два дня.

В подтверждении этого Луана завозилась. Жутко захотелось в уборную и она, скинув одеяло, поползла к краю кровати. Шерб тут же подскочил и занял место возле, пытающейся встать с кровати Лу. Он подставил ей свой большой теплый бок, а мадам Элем, подхватив ее под руку с другой стороны, повела ее в ванную комнату.

Своих провожатых внутрь подсобница не пустила. Сделав свои дела, она немного постояла под душем, вымыла волосы, переоделась и вернулась в комнату, предварительно в дверном проеме получив порцию горячего воздуха для сушки волос.

Пока Лу отсутствовала бабушка принесла ей тарелку лихорадочного супа, крепко приправленного чесноком и зеленью. Забравшись на постель, девушка приняла тарелку и выжидательно уставилась на женщину.

Лу ела, а мадам Барош рассказывала.

Оказалось, что пока Лу спала, к ней было организовано целое паломничество. Первым делом в ее комнате побывали все доктора академии. Они подтвердили, что магия девушки пробудилась и теперь каналы восстанавливаются и магией пользоваться пока не желательно.

Затем явился месье Гринье в сопровождении Пьера. К подсобнице он приходил не только справиться о здоровье и навестить, а осмотреть Мону.

— Он радостно крякнул, — захихикала мадам Элем, — да-да, именно крякнул, — продолжила она хихикать (да-да, именно хихикать). — И сказал, что вам с Моной уже и не нужен ритуал привязки. Привязка произошла сама собой. Такое бывает в критической ситуации.

Лу вздрогнула. Она подалась вперед и нашла Мону глазами. Резко накатили воспоминания о стае лунных волков, о матери Моны, которая хотела забрать маленькую волчицу домой.

Мона лежала под теплым боком Шерба и не сводила с Луаны глаз. Девушка выдохнула и снова повернулась к бабушке.

— Я теперь маг?

— Маг.

Лу зажмурилась. Сердце ее словно не решалось забиться быстро и радостно, словно все ждало, что это обман, что этого не может быть. Ведь не может? Или может? Месье магистр тогда в аудитории рассказывал студентам о том, что магию теоретически вернуть можно, но вот практически носитель умрет от боли. И девушка вспомнила боль. Боль и холод. А еще вспомнила янтарные глаза и тепло и улыбнулась.