Книга К черту на кулички, страница 80 – Анастасия Итрухина

Она улыбнулась, хотела что-то ответить, но в этот момент из тени у здания суда вышел Гаррик. Он шёл с уверенной, почти торжествующей улыбкой, явно ожидая этого момента.

— Астария! — воскликнул он, протягивая ей руки. — С победой! Блестящая работа! Теперь ты официально владетель.

Она повернулась к нему, и Йердан заметил, как её лицо озарилось искренней радостью.

— Гаррик! Спасибо. Я всё ещё не до конца верю, что это правда.

— Это правда, — сказал он, подходя ближе. — И теперь у тебя есть не только имущество, но и право голоса в Совете королевской палаты. Ты знаешь, что владетели с оборотом более полумиллиона яров имеют право голоса при короле?

Астария замерла, осознавая, что он только что сказал.

— Я… я знаю, что есть такой закон, но я как как-то не думала…

— Теперь можешь думать, — мягко перебил её Гаррик. — И я хочу пригласить тебя в нашу партию. Мы уже несколько лет боремся за права полукровок в Совете. У нас есть голоса, но не хватает количества для принятия нужных и полезных законов. Ты идеально подходишь. Твоя история, твой статус, твоя решимость — всё это может изменить баланс.

Он протянул ей конверт с печатью, и она взяла его, глядя на Гаррика с новым, почти благоговейным уважением.

— Я приду, — сказала она. — Я хочу быть частью этого.

Они обменялись ещё несколькими фразами, но Йердан слышал их словно сквозь воду. Он стоял в стороне, глядя на Астарию, и чувствовал, как земля уходит из-под ног.

Астария — теперь не просто баронесса. Теперь она — владетель крупного капитала. Она имеет право голоса при короле. Она — одна из тех, кто решает судьбу королевства. А он… он по-прежнему полукровка без прав. Полудемон, которого терпят лишь потому, что он залог хлипкого мира с демонами. И её мир был для него закрыт. Его удел маленькое бюро и наследования из тени.

Она повернулась к Йордану, всё ещё улыбаясь, и не заметила, как в его глазах погас свет, который горел всего минуту назад.

— Йердан, ты слышал? Я теперь могу изменить законы! Мы сможем сделать так, чтобы такие, как мы, больше не боялись!

— Это… замечательно, — сказал он, и его голос был ровным, но внутри что-то оборвалось. — Ты заслужила это.

Она на мгновение задержалась, заметив его странную интонацию, но тут же отвлеклась на Гаррика, который уже рассказывал о первом заседании.

Йердан отвернулся, делая вид, что поправляет край плаща. Он знал, что в этот момент она стала для него недосягаемой. Она уходила в мир, где ему не было места. И его мечты, такие хрупкие, такие нежные, которые он даже не позволял себе называть мечтами, рушились на глазах.

Он собрал волю в кулак и снова подошёл к ней, теперь уже с привычной маской безразличия.

— Когда собрание?

— Через три дня, — ответила она. — Ты пойдёшь со мной?

Он помедлил, и в его ореховых глазах мелькнула тень чего-то, что она не успела разглядеть.

— Я пойду, — сказал он. — Но я буду просто твоим сопровождающим, Астария. Ты теперь владетель. А я… просто детектив, но если что подстрахую тебя в юридических вопросах.

Она хотела возразить, но он перебил её:

— Это не важно. Важно то, что ты сможешь изменить. Я просто хочу, чтобы ты была счастлива.

Астария смотрела на него, и в её взгляде было непонимание.

Несколько дней спустя

Вечер был промозглым. Астария вернулась домой поздно, промокшая до нитки — дождь застал её на полпути от заседания Совета. Она вошла в дом, дрожа от холода, и Йердан, сидевший у камина, мгновенно поднялся.