Книга Рябиновая принцесса, страница 73 – Робин Д. Мейл, Эль Мэдисон

Тео ждал, когда я вернусь в палатку, хотя Иро с Инессой уже легли спать.

— Как попарились? – спросил он.

Почему-то вместо жара палатки и ледяной реки все мысли были лишь о лунном свете, обнажившем то, что никогда не сотрется из памяти.

— Хорошо! Отлично! – ответила я. – Я как раз собиралась переодеться ко сну.

— Тебе нужна…

— Нет! – воскликнула я слишком громко. – Мила не зашнуровала меня.

Я скрылась в другой части палатки, пока он не прочитал на моем лице, о чем я думаю. Я надеялась, что к тому времени, когда переоденусь, мне удастся перестать, к собственному смущению, представлять его в сауне. С другими женщинами.

Мила сказала, что сауна – это другое дело, что это невинно. Так почему меня это так будоражит? Или меня приводит в смущение лишь то, что я вообще об этом думаю?

На поиски ночной рубашки в оставленном Милой сундуке у меня ушло больше времени, потому что она была не такой многослойной, сборчатой и жуткой. На самом деле, эта мягкая кремовая сорочка оказалась кружевной, красивой и при этом достаточно скромной, так что мне не придется испытывать стеснение в присутствии Тео.

Сейчас я, пожалуй, люблю Милу больше всех на свете!

Первый официальный день заседания Совета оказался неудачным. Если не считать «удачной» перепалку ведущих напыщенные речи старых ублюдков о том, как бы меня получше прикончить. Хотя, быть может, эти заседания всегда так и проходят. Трудно сказать, но все много кричали и перебивали друг друга, а также требовали моей смерти. В общем, еще один типичный день в Сокэре.

Мне по-прежнему было непонятно, зачем требовалось мое присутствие в шатре, если высказываться и защищать себя мне было не дозволено. Иро безоговорочно распорядился, что мне разрешается только почтительно отвечать на прямые вопросы и сохранять бесстрастное выражение. По-видимому, мое лицо было слишком выразительным…

Еще семь таких же дней будут мукой.

Мы сидели за полукруглым столом не меньше трех часов, снова и снова обсуждая одно и то же. Я наблюдала, как в лучах света, струящихся сквозь проем над нами, кружатся пылинки, и старалась контролировать выражение своего лица. А учитывая, какую чушь они несли, я даже гордилась, что еще ни разу не скорчила ни одной гримасы.

— Давайте вспомним о тех, кто погиб из-за того, что ее родители были безрассудны и не задумывались ни о ком, кроме себя. Их дочь такая же, как они! – высказался господин Нильс, герцог клана Волка, угрожавший мне вчера ночью. – Давайте просто покончим с ней!

— И начнем войну с Локланном? – возразил отец Милы, господин Арес.

— Что Локланн сделает нам здесь? Горный перевал один, наши люди обучены, и у нас преимущество в виде знакомой территории, – это исходило от того, кто делал мне предложение, господина Михаила.

Любопытно! Я любезно-озадаченно усмехнулась в его сторону, но он поспешил этого не заметить.

— Вероятно, им не победить, но никто из нас наверняка не отважится стать жертвенным агнцем на то время, пока их будут уничтожать. – Арес многозначительно посмотрел на Эвандера, который был поглощен тем, что бросал свирепые взгляды то на Тео, то на Иро, поэтому ничего не заметил.

— Им не пройти через перевал, пока там клан Медведя, а мы предоставим им подкрепление, – вмешался вождь Бизонов.