Книга Багряное королевство, страница 99 – Робин Д. Мейл, Эль Мэдисон

— Неужели ты так думаешь? – Я скептически покачала головой. – Если бы ты вошел в зал заседаний и предложил настоящий брак, не было бы ни вопросов, ни обсуждений, ни переговоров о территориях, торговле или выгодах.

Эвандер притих.

— А ты, – продолжила я, повышая голос, – ты завел разговор о правах собственности, выгодах и о том, как тебе безразлично, буду ли я рядом. И мне пришлось целую неделю мучиться, выбирая между тем, кто хотел разделить свою жизнь со мной, пусть я никогда бы не смогла ответить на его чувства, и тем, кого я любила каждой частичкой своего разбитого сердца, но кто не желал признаваться, что желает полноценного брака со мной.

К горлу у меня подкатил комок, и следующие слова я проговорила еле слышным шепотом.

— Мне до смерти надоело ждать, пока ты захочешь того, что ты не хочешь.

У Эвандера округлись глаза. Он открыл рот, словно желая что-то сказать, но похоже, что на сей раз у него не нашлось слов.

Глаза у меня защипало от слез, поэтому я поднялась и, повернувшись к Эвандеру спиной, махнула рукой куда-то в сторону бесконечного ряда пуговиц у меня на спине.

— Давай просто покончим с этим. – По крайней мере, голос меня не подвел. – Я не собираюсь обманывать свой народ, а с твоим у нас нет выбора. Раз уж мы предлагаем им союз, пусть он хотя бы будет настоящим.

Но Эвандер по-прежнему не двигался, это продолжалось очень долго, и я уже начала думать, что хуже такой первой брачной ночи может быть, только если он вообще меня отвергнет.

Но тут я почувствовала, что Эвандер оказался у меня за спиной. Он отодвинул мои волосы с шеи, закинув их на одно плечо. Даже от такого простого движения по коже прошла мощная дрожь. У меня вырвался вздох, и я не знала, то ли от облегчения, то ли от огорчения.

Каких слов я вообще от него ожидала?

Едва я успела это подумать, как он заговорил, резко втянув воздух.

— Ты здоровый человек, – сказал Эвандер, ловко высвобождая верхнюю перламутровую пуговицу из петельки. – И твоя жизнь в клане Медведя, вдали от семьи, в одном чертоге с женщиной, пытавшейся тебя убить и почти преуспевшей в этом, при необходимости мириться с сокэрскими предрассудками, суевериями и политикой, будет совсем не такой, какой она была здесь.

Внутри у меня что-то надломилось, когда я поняла смысл его слов. Эвандер не верил, что только ради него я могу оставить привычную жизнь позади.

Он расстегнул еще одну пуговицу.

— Я считал, что, если оставлю собственные желания при себе, ты сможешь принять решение без всякого давления. Теперь я понимаю, что это было ошибкой.

Наверное, впервые я слышала, чтобы он признал, что в чем-то ошибался. У меня перехватило дыхание.

— А что до того, чего я хочу, – подытожил он, прижимаясь губами к голой коже у основания шеи. – Да, я хочу разделить свою жизнь с тобой. И да, мне бы хотелось, чтобы однажды наша семья стала больше.

Эвандер продолжил медленно расстегивать мое платье, покрывая поцелуями каждый обнажающийся сантиметр кожи.

— Чего я хочу, так это – каждый день слышать твой голос, когда ты разговариваешь с моим котом, учишь моих солдат непристойным карточным играм и кабацким песням. Хочу утыкаться лицом в твои проклятые волосы и спотыкаться о твою одежду, разбросанную в беспорядке по полу спальни.

Слезы, щипавшие мне глаза, покатились по моим щекам.