Книга Акула в твидовом костюме и дело гениального шефа, страница 42 – Салли Минн

Уговаривать меня было не нужно.

* * *

Еда, как и всегда, оказалась настолько хороша, что я на несколько секунд забыла о существовании дел, следователей и испорченных блузок разом. На тарелке передо мной лежала паста — с виду простая, но пахла так, точно над ней колдовали не меньше часа: томаты, свежая зелень, что-то неуловимо ореховое на языке. Рядом — салат с хрустящими листьями, щедро сбрызнутый ароматным маслом.

— Почему вы вообще решили стать поваром? — спросила я между делом, накручивая пасту на вилку.

— Люблю работать с продуктами, — сказал он, пожав плечами, как о чём-то самом собой разумеющемся. — Люблю смешивать то, что раньше никто не смешивал, и смотреть, получится ли из этого что-то стоящее.

Ответ человека, который действительно любит своё дело, а не просто зарабатывает им на хлеб — таких ответов у него, кажется, в запасе было немного, но этот прозвучал искренне.

— А фугу? Где вы учились её готовить? И правда ли, что повар обязан сам её попробовать, прежде чем подать гостю?

— Учился в Японии. У лучших мастеров, — сказал он коротко, не расположенный вдаваться в детали.

Я всё же пересказала ему то, что узнала от лаборанта — про смешные дозы, про частицы ткани, про ювелирную точность разделки. Тэо слушал молча, не перебивая, но и не подтверждая ничего в ответ.

— Странно всё-таки, — сказала я, доедая последний листик салата. — Что люди вообще ходят по этому краю. Готовят блюдо, которое одной неверной секундой может стоить кому-то жизни. Почему бы просто не жить спокойно и не радоваться миру таким, какой он есть?

Тэо посмотрел на меня, и улыбнулся. По-настоящему. Не той короткой гримасой, что у него обычно сходила за улыбку, не микроскопически, как в прошлый раз, а чем-то более развёрнутым. Кажется, впервые за всё время нашего знакомства. И эта улыбка делала его невероятно очаровательным.

— Потому что спокойствие — это скучно, — ответил он.

Я не нашлась, что на это ответить. У нас с ним разное представление о том, как можно себя развлекать.

* * *

Мы поели, и я в качестве благодарности за ужин и за завтрак предложила помыть посуду.

— Не нужно, — сказал Тэо.

— Я настаиваю.

— Есть машина, — он кивнул в сторону кухонного угла.

Точно. Стал бы шеф посуду мыть. На это есть посудомоечная машина, Ханна. Не то что ты со своей угловой раковиной.

— Я сама всё загружу, — сказала я с уверенностью. Это самое малое, что я могла сделать за еду и утренний душ.

Он смерил меня долгим взглядом, но спорить не стал. Махнул рукой и скрылся в гостиной.

Посудомоечными машинами я не пользовалась никогда в жизни. Дома у меня, да и у моих родителей, их отродясь не водилось, раковина и губка справлялись прекрасно, а тут передо мной оказалась целая консоль из кнопок без единой понятной подписи. Я потыкала наугад, что-то включила, что-то выключила, переставила тарелки сначала так, потом эдак.

Провозилась я, наверное, минут пятнадцать, прежде чем машина наконец согласилась заурчать. Я даже пыталась выдвинуть её, чтобы проверить, поступает ли вода в камеру или нет.

Через пару минут довольное урчание сменилось подозрительным клокотанием — таким, каким булькает суп, забытый на плите. Я присела на корточки, чтобы снова выдвинуть машину и посмотреть, что там происходит с водой, — что-то внутри щёлкнуло, дверца дрогнула, и на пол хлынул целый водопад.