Книга Причина бессонных ночей, страница 71 – Даша Коэн

Наконец-то мы притормозили и въехали на частную территорию, где стоял большой двухэтажный дом, а в отдалении еще один поменьше — прямо на берегу озера. Я завертела головой и почти не слышала, что происходило за пределами моего мира.

Мне представили друга отца, но я даже имени его не запомнила. Только улыбалась натянуто и кивала. А затем вошла в дом, осматривая безусловно шикарный интерьер, картины на стенах, репродукцию Венеры Милосской, стоящей в углу с накинутой на нее кожаной курткой.

Нахмурилась, словно бы от дежавю. Кажется, где-то я такое уже видела...

Но где?

А затем перевела взгляд на лестницу, уходящую на второй этаж, и едва ли не упала в обморок от шока. Потому что прямо по ней спускался не кто иной, как Тимофей Исхаков. И улыбался мне, словно сам Сатана...

* * *

Все дальнейшее было словно рябой картинкой неисправного лампового телевизора, не иначе. Вот кошмар всей моей жизни спустился к нам, вот протянул руку, дабы пожать ее моему отцу. Что-то кивал со звериным оскалом и сделал вид, что нисколечко не удивлен меня встретить здесь и сейчас.

В своем доме, мать его так!

И тут же сразу почему-то слова отца вспомнились о том, что в школе он учился с каким-то там Исхаковым, который ко всему был мерзким типом. И его лучшим другом.

Ну все понятно. Сушим весла и сматываем отсюда удочки. Желательно, сверкая пятками.

И как манна небесная — в кармане моей куртки вдруг завозился телефон. На автомате вытащила его и глянула на экран — Плаксина. Оказывается, за последний час она мне позвонила уже три раза и написала два сообщения, справляясь о том, где меня черти носят и пойдем ли мы сегодня в кино, как договаривались или нет?

Теперь точно да! Вот прям бегу, аж спотыкаюсь.

— Слушай, пап, — игнорируя все на свете, многозначительно посмотрела я на отца, — тут такое дело, совсем запамятовала твоя дочь, представляешь? Обещала быть сегодня в одном месте кровь из носу. Пропустить встречу никак нельзя. Так что, прости, но мне срочно нужно уехать. Прямо сейчас!

И ввинтилась в глаза отца так, чтобы он понял, что приключилась ситуация. Что тут не только сарай горит, но и хата полыхает. Но родитель мой, на редкость понимающий и сообразительный, сейчас почему-то в крайней степени тупил. Улыбался, смотрел на меня, как баран на новые ворота, но ничего толкового выдать был неспособен.

Зато Исхаков сподобился. Впился в меня своими чернющими зенками и сморозил чушь:

— Я как раз в город собирался. Могу подбросить тебя, Яна.

Только через мой труп!

— Я сама за рулем. Да же, пап? — улыбнулась я родителю чуть извиняющейся улыбкой.

— Вы знакомы? — проигнорировал напрочь мой вопрос отец, а мой враг тут как тут, чтобы меня забодать.

— Мы с Яной учимся в одном институте.

Ах, вот как? Ну что ж, он сам напросился. Я не виновата.

— Правда? — вопросительно приподняла я брови и хмыкнула. А затем перевела полный недоумения взгляд на Исхакова, провоцируя его опозориться окончательно. Ну давай, расскажи нам всем тут сказку про белого бычка, мальчик-зайчик.

Но он молчал. Смотрел на меня так, будто бы мечтал расчленить на живую, но позорно держал язык за зубами. Слабак!

— Никогда тебя там не видела.

— Я новенький, — пояснил он, а я пожала плечами.

— Ясно. Держи в курсе, — заставила я себя улыбнуться ему в ответ, а затем повернулась к отцу и требовательно протянула руку, нетерпеливо передергивая пальцами, — пап, ключи.