Книга Причина бессонных ночей, страница 118 – Даша Коэн

— Поэтому и предупреждаю. Услышу еще что-то в свой адрес — и пусть бежит быстро, когда меня увидит, — назидательно изрекла я, задирая нос выше.

— Я, конечно, против рукоприкладства, но сама бы уже ей втащила за все, что она себе наболтала на пожизненный, — активно кивая моим словам, поспевала за мной Рита.

— Я руки марать не собираюсь, — хмыкнула я. — Да и зачем, когда можно цивилизованным путем человека образумить?

— Это как же? — на один глаз прищурилась Плаксина.

Я же только состряпала максимально суровый вид для острастки, хотя не имела пока не малейшего понятия, как буду затыкать помойный рот Хлебниковой. Но просто ходить и оглядываться ей не помешает. А то, смотрю, храбрая стала сильно. Сохранилась, что ли?

— Пусть это будет мой маленький, но убийственный секрет, — хмыкнула я и дальше поплыла, держа спину прямо, а хвост пистолетом, не обращая внимания на то, как до сих пор упорно ноет сердце.

Как же оно меня задолбало!

Окаянное!

— Слушай, а я тут немного подробностей разведала, — обогнала меня и чуть пошла на опережение Рита, пока мы лавировали в институтских коридорах, до отказа забитых студентами.

— О чем? — нацепила я на себя равнодушную маску, дабы не было заметно, как все внутри меня дрогнуло. Ведь и без лишних расшаркиваний было понятно, о ком именно сейчас заведёт со мной беседу Плаксина.

И я не ошиблась.

— Короче, Маша не знает, но Исхаков трахал ее на спор.

— Боже, ну что за тупость? — рассмеялась я, хотя внутри у меня все скукожилось, облитое кислотой ревности.

— А вот и ни фига! — покрутила лицом подруга туда-сюда, предвосхищая мои дальнейшие действия.

И я не сдержалась. Эмоции задушили все-таки. Я остановилась посреди бурлящей толпы и пристально уставилась на Риту.

— Говори!

— Короче, это было еще в первый вечер. Оказывается, кто-то из девочек слил на той вписке, что именно Маша разнесла сплетни про Тимофея. И он закусился. А потом и выдал, газуя, что за такой проступок найдет грязному рту Хлебниковой более эффективное применение, чем болтать про него всякое и непотребное.

— Сказать подобное в его духе, — прикусила я губу.

— Так и я о чем! Вот и получилось, что он поматросил ее и бросил, только бы потешить свое больное эго. Но это еще не все!

— Что?

— Говорят, что у Тима есть Машкины нюдсы.

— Чего? — охнула я.

— Да, он сам снимал, чтобы перед своими прихвостнями похвалиться, — часто-часто закивала Рита, воровато оглядываясь по сторонам в страхе, что ее услышат и донесут до кого нужно. А там уж и она сама под раздачу попадет.

— И откуда ты это все знаешь?

— Яна, ну сплетням керосин не нужен, чтобы гореть, — пожала плечами Плаксина, а я кивнула.

— Допустим, это правда, — приняла я ее слова на веру, хотя и сама уже понимала, что дыма без огня не бывает, да и Исхаков не безобидный Арлекин.

— Это правда, Яна. Но если Маша о ней узнает, то ее сердце разобьется окончательно. Мне так ее жаль, но...

— Что? Это еще не все?

— Нет, — утвердительно дернула головой подруга.

— Про меня тоже расскажешь? — устало усмехнулась я.

— С тобой он пошел дальше.

— Вау! — заставила я себя смеяться, хотя внутри у меня все умирало. — Ну не томи же. Что, у Тимошки и мои нюдсы в телефоне завалялись?

А сама дрогнула внутренне, понимая, что этот мудак мог запросто заснять нас в кинотеатре. С него станется...