Книга У тебя нет выбора, страница 43 – Даша Коэн

Да, блин!

А он еще и в огонь керосина подливал щедро.

— Я понимаю, что вам этот букет без надобности. Но, черт возьми, это же просто цветы. Тот, кто их дарит, все равно от своих планов не откажется. А так у вас в комнате хотя бы такая красота несколько дней постоит. С поганой овцы хоть шерсти клок, как говорится. Правильно же?

— Черт, — закатила я глаза.

— Ну или примите и тут же их в урну выбросьте. Только мне подпись в маршрутном листе подставьте, я вас умоляю!

Какой неутешительный итог?

В коробке оказался тончайший шелковый платок и записка:

«Чтобы скрыть от Максимки наш маленький секрет».

Гадости!

А к середе мою комнату украшали уже не только георгины, но еще и хризантемы, а еще ромашки и голландские гортензии. И приносил их снова и снова все тот же курьер, которому в следующем месяце нужно было кормить уже не только себя и подругу, но еще и новорожденного.

Нет, честно, что меня развели, как лохушку, я поняла уже на следующий день. Просто вышла на крыльцо вслед за сырым и убогим «сиротой» и услышала, как он бодро болтает с заказчиком по телефону, рапортую ему о том, что я снова съела его душеприказательную историю про скорое пополнение в семействе.

Поржал. Сел в красивый брендированный автомобиль и укатил. А я в очередной раз поразилась наглости своего чиканутого воздыхателя. Но толку от моего знания было мало. Сережа не переставал газовать, и букеты в моей комнате все равно появлялись, но уже благодаря подкулённой Дейенерис и восторженной Аряминой, которая требовала назвать имя того, кто так на меня раскошелился.

— Тась, алло! Ты вообще понимаешь, сколько эти букеты стоят?

— Наверное, много? — скривилась я.

— Овердохрена! Даже чертовые ромашки на полтос потянут. Я уже молчу про все остальное.

— Вау! Пойду трусы наглажу, чтобы отдаться за такие несметные богатства, — смеялась я, не в силах постичь того, в каком месте мне радоваться всему этому безразличию.

— Это он? — вдруг догадалась подруга. — Вот, почему ты такая злющая, как Баба-Яга. Это тот самый «папик» на Брагусе? Чуть промариновал тебя игнором и снова пошел в любовную, да? О боже, как это все романтично!

Я тут же на такую реакцию впечаталась со стоном лицом в раскрытую ладонь.

А уже в четверг весь этот гербарий из моей комнаты вышвырнул злой как черт Харитонов. Он орал на меня, что я не сделала это раньше и сама. И вообще, как я могла так низко пасть, чтобы принимать подачки от всяких там престарелых толстосумов.

А я впервые задумалась о том, сколько Сергею лет. На вид чуть больше тридцати, наверное. Жест! Да он же всего на несколько лет был помладше моей покойной матери, которая имела несчастье родить меня в жалкие восемнадцать лет!

Боже, на что он вообще рассчитывал?

Да уж...

Дальше — больше.

В пятницу ко мне приехали каллы с коробкой, в которой обнаружился неприлично дорогой рюкзак от «Hermès» из кожи крокодила. В субботу курьер уже приволок с пионами бутылочку селективного парфюма. В воскресенье с утра попробовал пробиться с орхидеями и кульком конфет ручной работы, а с вечера — розами и пакетом из премиального магазина нижнего белья.

Совсем там мозги растерял Сергей, что ли?

В понедельник курьер прямо на пары притащил мне огромного плюшевого медведя, которого я жестко отвергла, как и все остальные дары.