Книга У тебя нет выбора, страница 107 – Даша Коэн

А дальше пусть смотрит на меня с ненавистью, хоть до второго пришествия. Зубоскалит. И обвиняет во всех смертных грехах. Плевать!

Только пусть больше не падает в обморок, словно я Синяя Борода или ещё чего похлеще.

Врача привезли спустя семь минут. В моем темпе. И видно, что парни не жалели ресурса. Это была женщина бальзаковского возраста, дородная, в уродливых очках и домашнем халате, поверх которого был накинут какой-то потасканный тулуп, но со специальным чемоданчиком. Глянула на меня, поджав губы, но высказывать мне свои мысли на этот счет не стала.

Ну и правильно сделала. Мне все равно было на них лихо по хуй.

Потом из комнаты меня вытолкнуть попыталась, дабы провести осмотр в гордом одиночестве. Но кто бы ей это позволил. В итоге я стоял в дверях, сухо отвечая на ее вопросы, и пристально следил за каждым движением женщины, чтобы она сильно не переусердствовала.

— Организм истощен, и уровень сахара, скорее всего, завалился. Плюс слабость после перенесенной инфекции и переутомление в парной дали о себе знать, — выдала она диагноз. — В идеале вам бы показаться врачу, пройти комплексное обследование, чтобы выявить и устранить основную причину обморока. Пока я могу дать вам лишь общие рекомендации: постельный режим, витамины и легкая диета. Пейте больше жидкости, избегайте стрессов. И никаких физических нагрузок и высоких температур.

— Спасибо, док, — кивнул я.

А там уж Настя пришла в себя. Заозиралась по сторонам, на доктора поглядела хмуро и в меня запустила несколько стрел концентрированной ненависти. Виски изможденно потеряла, но ехать в больницу наотрез отказалась. Я врача отпустил, чтобы не собачиться в ее присутствии, сунув в дрогнувшие руки женщины «котлету» бабла, которую она, скорее всего, никогда в жизни не видела.

И красноречиво кивнул ей на дверь, дабы она поторопилась оставить меня с моей строптивой девочкой один на один. А та вразнос тут же пошла. Я ей помощь предлагал, а она в штыки.

Нет и все тут! В порядке она, видите ли.

Кажется, если бы Настя была при смерти, то и тогда не приняла от меня никакой помощи. И представилась перед создателем, лишь бы только меня побесить.

Чертова девка!

— А вдруг у тебя что-то серьезное? Надо в больницу. Анализы сдать, убедиться, что тревога ложная. Ты понимаешь? Это необходимость!

— У меня есть лишь одна необходимость — никогда тебя больше не видеть, — процедила она хрипло и отвернулась.

— Надо заставить? — сделал я шаг к ней ближе.

— За волосы потащишь? — зыркнула она на меня в высшей степени брезгливо и передернула плечами. — Ну, давай. Вперед и с песней. Не забудь только барабан на шее повесить и флаг в руки взять, Сержек.

— Я же о тебе беспокоюсь, глупая!

А она вдруг горько всхлипнула, зло отерла кулачком набежавшую слезинку и просипела:

— Если бы это действительно было так, то ты навсегда оставил бы меня в покое. И ушел в закат...

Дальнейшую полемику я предпочел не разводить. Я понимал, что это банальный протест, чисто уже назло мне. Но врач рекомендовал ей покой, и я решил до утра не газовать. Только парням дал задание забить этот убогий дом с дребезжащим холодильником чем-то съестным и полезным: мясом, овощами, фруктами, молочкой, свежим хлебом и чертовой приличной заваркой без индийских имен в названии.