Онлайн книга «Лис. Тени моего сердца»
|
— Прекрати пялиться! — фыркает она недовольно, явно почувствовав мой взгляд. — А ты задницей так не валяй, и может поможет, — отшучиваюсь я. Хотя нет. Нихуя тебе не поможет! Такая жопка просто не может мой взгляд не цепануть! Копша тяжело вздыхает, мотает головой, поднимается по лестнице даже не оборачиваясь. — Ты чего такая уставшая? — подмечаю. — Утомилась в поисках правды? Она плечом дергает, отбиваясь от моих слов, но молчит. Ясно. Вид делает, что я ей омерзителен. А вот её сердечко пускается в скачку — пульс под двести с сальто и тройными пируэтами. Решаю снова эту послушницу в погонах распалить. — А правда в том, детка, что мы могли ахрененно провести эти двое суток вместо этого головняка… Тормозит на ступеньках, разворачивается. Теперь с меня ростом, а всё ещё кажется мелкой — мелкой и жутко язвительной. — Слушай, я уже поняла, что ты кретин. Не стоит мне лишний раз об этом напоминать! — Давай напомню о другом, — выразительно вскидываю брови, она тут же напрягается. — Чмоки-чмоки в камере… припоминаешь? Девчонка решается, видать, поиграть со мной. Демонстративно закатывает глаза к потолку, будто роется в крохах памяти, а после выдаёт голосом, упавшим до шепота, вибрирующим, как хвост гремучей змеи перед броском: — Нет! Не припоминаю! — кривится. — Видимо, не впечатлили меня твои чмоки-чмоки. А сама краснеет до ушей. Умора её злить! — Пиздишь! Уголки её губ едва заметно дрогнули — не в улыбке, в брезгливом спазме: — Ты омерзителен! Вот же сучка недотраханная! Кажись, под своим гнездом из волос на голове, прячет церковный апостольник. Разворачивается и ускоряет шаг. Бросается в настоящий побег, видать, решила побыстрее от меня смыться, но я нагоняю. Перепрыгиваю через ступени, бросаю вслед: — Сколько не беги, всё равно подо мной окажешься. И я уж думаю, что она сейчас бросит фразу на подобие «я не такая!». Но вместо этого она фыркает, кажется, матерится. Ещё немного, и бзданёт милая Зайка. Лишь бы хвостик не отпал! Врывается в какой-то кабинет. Я следом. Там служивый вскакивает с кресла, отдавая честь. Копша без разговоров кидается с расспросами: — Вещи задержанного здесь? Зотов постановление прислал? — Да-да, всё готово! — служивый двигает коробку по столу, сверху кладёт бумагу. Девчонка хватает листок, вчитывается или вид делает, чтобы не замечать моего похотливого взгляда. А я оторваться от неё не могу. Трахнуть её хочется до зубовного скрипа. И не только мне. Волчара внутри переворачивается, скребётся, кажись, взвоет сейчас, напоминая о своей жажде. Давно не превращался. На базу приеду и исправлю. Волку нужна прогулка — это факт. Чем дольше его запираешь, тем больше он на волю просится. Но сейчас не до хуйни. С ним после разберусь. Смотрю на парнишку, тот ловит мой взгляд. Бледнеет, бедолага. Кивком головы указываю ему на дверь. Пацан сперва моргает на меня взглядом, полным отупения, а потом кажись до него доходит. Подпрыгивает и бросает что-то вроде «меня Зотов вызывал» — и испаряется, оставляя нас наедине. — Может, уже наручники снимешь? Зайка стреляет в меня взглядом: — У тебя ещё десять минут заключения. — Можем по-другому их скоротать, — скалюсь во все тридцать два. Знаю миллион вариантов и чуть больше поз, которые капитану Зайке явно зайдут. |