Книга Лис. Тени моего сердца, страница 141 – Марина Альте

— Мир?

Он долго, чертовски долго на мою лапу пялится, разглядывая рисунки на моей руке.

Видать, вспоминает, как мы эту татуировку били — тибетскую мазню. Молодые были, зелёные, рванули на Тибет, накурились там какой-то травушки-муравушки с местными шаманами... Ну, я на спор и ёбнул сие «искусство» аж на обе, сука, руки! Ебанутый, пиздец! Наутро ржали до хрипоты, глядя на этот шедевр. А сейчас вот — хожу с «рукавами» по самые гланды. И эти рисунки теперь напоминают не юношеский проёб, а то, что в самой хуёвой ситуации у тебя есть такой ахуенный друг. Брат. Твоя опора!

— Мир! — выдыхает он и сжимает мою лапу так, что кости трещат.

Ахуенно! Это именно то, что сейчас было надо — понимание, что прежняя жизнь возвращается, и мы снова одна стая.

— Ты это… возвращайся в стаю, — выдыхаю я вместе с сизым дымом, глядя куда-то в потолок.

— Что, заебался воевать с моей прогой? — Оникс скалится, довольно так, по-хозяйски.

— Братан, это не прога, — прыскаю я сквозь зубы, качая головой. — Это ебаный набор алгоритмов под названием «Сломай мозг Лису»! — ржу, глядя на его мину. А он, ебать, нахохлился сразу, как пуп земли, важный такой!

Всё как всегда. По его ебалу можно прочитать только одно: «Я, бляха, король этого мира!». И, признаться, мне этого высокомерного ебала жесть как не хватало всё это время.

— А вообще… — добавляю я уже тише, — хуёво в стае без твоей вечно кислой рожи.

Он тихо смеётся, затягиваясь и хмурясь на дым. В этой мертвенной больничной тишине слышно, как чётко стучит собственное сердце и как нервы рвутся один за другим. Чпуньк-чпуньк. Натяжение запредельное.

Сейчас бы делать отсюда ноги. Рвать когти к Асе, потому что сил нет, как скучаю! Ворваться к ней, с порога зажать. Сразу раздеть, пока она не очухалась — натянуть по самое не хочу! И по щам получить в процессе, естественно. Она по-другому не умеет, темпераментная моя.

Моя, бляха, королева воинов!

— Ася —

Начало дня

— Ась, тебя Зотов вызывает. Говорит, срочно.

Кидаю на Васю взгляд, который заменяет десять минут отборного мата. Тот аж приседает, вскидывая руки:

— Понял, принял! Чего кричать-то сразу!

Виталя рядом скалится, но, поймав мой «привет», тут же тушит лыбу.

— Ёптить, кому-то срочно нужна стопка егеря! — бормочет он под нос.

А мне сейчас не стопка нужна — меня бы в чистый спирт окунуть до полной отключки. Потому что сидеть ровно на заднице не получается, нервы в лохмотья. Мозги окончательно решили уйти в самоволку. А всё почему? Потому что Боря опять накопал инфу по этой спецгруппе«Тень». А я ведь только-только остыла!

Ну как остыла... Ночами выговариваю Финику, какой же феерический идиот этот Макс. Кот смотрит сочувственно, даже мяукает в тему, но от его понимания становилось только паршивее.

Господи, как же хочется стереть память! Чтобы раз — и всё. Привет, прежняя жизнь: допросы, понятые, ловля обычных жуликов. А вместо этого — какая-то одержимость. Личная миссия: упечь этого «гладиатора» за решётку. И инфа от Бори подливает бензина в костёр, который я так старательно пытаюсь затушить.

Он скинул адресок с пометкой«важно». Какая-то глухомань окружённая лесом: ангар, недостроенный дом. Что там может быть важного? Ума не приложу. Но оперская чуйка воет сиреной — надо ехать, надо лезть, надо разобраться.