Книга Убить любой ценой, страница 83 – Марина Серова

— Да, правда. Здесь он не соврал, — усмехнулась девушка. — Однако это меня больше напрягло, чем обрадовало.

— А что так?

— Так я ведь хотела просто остаться одна, просто побыть в тишине. На самом деле мне не нужна была компания, не нужен был собеседник, вот и все, — объяснила Маргарита.

— Значит, вышли из особняка вы одна, потом к вам присоединился Владислав, а как вы вернулись на ужин в столовую? Тоже вместе? — уточняла я детали.

— Нет, это было не так.

— А как?

— Ну, мы какое-то время прошлись по дорожке, в основном молча. Разговор почему-то не задался. Мне даже показалось, что он пытается искусственно найти хотя бы какую-то тему для разговора, но у него ничего не получается. Я тогда даже не выдержала и спросила, зачем он подошел ко мне? Ведь говорить-то не о чем, — сказала Маргарита.

— И как он отреагировал на ваши слова? Что он вам ответил? — спросила я.

— Да я и не поняла. Что-то проговорил себе под нос. Ну, я взяла и пошла в особняк с испорченным настроением, — ответила Маргарита.

— А Владислав? Он тоже пошел в особняк? — уточнила я.

— Нет, он остался в саду. А что он делал дальше, я не знаю, — пожала плечами девушка.

Судя по полученной мной информации, Маргарита не врет. Зато врут другие… Елизавета Аркадьевна выходила из столовой под конец ужина, насколько я помню. Но мне заявила, что нет, не выходила. Да, она так и сказала: «Зачем мне нужно было выходить из столовой? Нет, не выходила… наверное. Я не помню». Это ее слова. То есть понимай как хочешь: может быть, выходила, а может, и нет. Вот ведь хитрая… И какова же была ее цель? И почему она точно не помнит этого факта? Стресс? Возможно, но маловероятно.

— Спасибо. И за информацию, которую вы мне сообщили, тоже спасибо, — сказала я.

Я вышла от Маргариты и направилась в кабинет Константина Свирестельникова. Пока я шла, я размышляла над информацией, которую только что получила. Так, Елизавета все-таки выходила из столовой во время того трагического ужина, когда была отравлена горничная Кристина. И она соврала мне об этом, когда я допрашивала ее.

Впрочем, не она одна лгала мне. Владислав Проскурниченков, кажется, даже переплюнул ее по количеству лжи. Но что это означает? Что они чем-то связаны? У них общие цели?

Я пришла в кабинет и набрала Владимира Кирьянова.

— Володь, — начала я, но Владимир меня перебил:

— Тань, а ты знаешь, который сейчас час?

— Ну, вообще-то, я не смотрела на часы… я совсем недавно отбила нападение, которое было совершено на меня в особняке Свирестельникова, и…

— Так чего же ты молчишь?! — вскричал Владимир. — Ты цела? Не ранена? Тань, что с тобой? Не молчи!

— Да все со мной в порядке, Володь. Нет, я не ранена, только порван рукав пижамы. Я тебе звоню затем, чтобы ты прислал кого-нибудь из своих ребят. Мне нужно передать тебе вещественное доказательство: спортивный костюм, маску, шапочку и нож, которым меня собирались убить. Пусть криминалисты проведут экспертизу.

— Погоди ты с экспертизой, ты давай расскажи, как было дело, — потребовал Владимир.

— Сегодня ночью я услышала, как к моей комнате кто-то подходит. Я встала с постели и переместилась к двери. Она открылась, и незнакомец в темном спортивном костюме, маске и шапочке вошел в комнату. В руке у него был нож. Я неудачно переступила с ноги на ногу, раздался скрип, и он бросился на меня. Мы подрались, а потом он убежал, — сказала я.