Книга Фантомный свидетель, страница 72 – Алексей Градов

— Московский вокзал, — напомнила она. — Банковская ячейка Стерхова. Мы знаем банк, но мы не знаем номер самой ячейки. Код из шести цифр не поможет нам пройти в депозитарий, если мы не назовем номер бокса охраннику. А ордера у нас нет.

Краснов прищурился, глядя в темноту подвала. Головная боль снова напомнила о себе пульсирующим уколом.

— Код, — медленно повторил он. — Три, один, четыре, ноль, девять, девять.

Он закрыл глаза. Алгоритмы. Стерхов был параноиком, но параноики мыслят схемами. Они не доверяют случайностям. Если он выбрал этот банк и эту ячейку, значит, в цифрах была зашифрована логика.

— Три и одиннадцать… — пробормотал Илья. — Нет, не так.

— Это может быть комбинация номера ячейки и пин-кода, — подсказала Марина. — Обычно в депозитариях четырехзначные пин-коды плюс физический ключ. Если у него не было физического ключа, значит, это ячейка с биометрией и шестизначным паролем.

— Ячейка 314, — внезапно открыл глаза Краснов. В его взгляде вспыхнула холодная ясность. — Три, четырнадцать. Число Пи. Бесконечность. Стерхов любил символизм. Оставшиеся четыре цифры — ноль, девять, девять…

Внезапно тяжелая металлическая дверь в конце прохода, которую они закоротили полчаса назад, издала громкий, протяжный гудок. Светодиод над магнитным замком заморгал тревожным красным светом.

Электрики Главка перезагрузили контур безопасности. Замыкание было обнаружено.

Секунду спустя по ту сторону двери раздался грохот тяжелых ботинок и крик: — Сектор четыре! Давай ломы, дверь заблокирована! Они внутри!

Время вышло. Система пришла за ними в подвал.

Краснов переглянулся с Мариной. Времени на панику больше не оставалось. Охота перешла в открытую фазу, и теперь их жизнями управлял только инстинкт выживания.

— Вентиляционная шахта в конце зала, — Краснов рванулся вглубь темного хранилища, увлекая стажера за собой. — Она выходит во внутренний двор соседнего здания. Бежим!

Грохот кувалды по толстой листовой стали разнесся по цокольному этажу с такой силой, что с потолочных балок посыпалась многолетняя серая пыль. Светодиод над дверью истерично мигал красным. УСБ не собиралось ждать ключей или электронных отмычек — они ломали магнитный замок грубой физической силой, используя тяжелый штурмовой инструмент.

— Туда! — Краснов схватил Марину за локоть, толкая ее в узкий проход между стеллажами.

Они рванули вглубь хранилища. Вокруг них мелькали серые корешки бесконечных архивных коробок, сливающиеся в сплошные размытые полосы. Бетонный пол под ногами был скользким от сырости. Дыхание со свистом вырывалось из груди Ильи, каждый вдох отдавался резкой болью в легких. Адреналин, заново впрыснутый в кровь инстинктом самосохранения, временно подавил тремор и слабость, но Краснов понимал: это резервный бак, и он опустеет очень быстро.

Сзади, у входа в сектор, раздался пронзительный, режущий слух визг металла. В дело пошла дисковая пила. Сноп оранжевых искр отразился на полированных рельсах компактусов. Им оставалось от силы три минуты, прежде чем бронированная створка рухнет.

Они добежали до глухой бетонной стены, завершающей архивный зал.

Здесь было темно и сыро. В самом углу, на высоте двух метров от пола, чернел квадрат промышленной вентиляционной шахты, забранный массивной чугунной решеткой. От нее тянуло холодным, спертым воздухом и запахом прелых листьев — шахта уходила в технический колодец внутреннего двора соседнего административного корпуса.