Онлайн книга «Рассказы»
|
Вскоре после шести утра его разбудил вой сирен. Маленький дом будто подпрыгивал, когда мимо проезжали тяжелые машины. Повернувшись на бок, он зевнул и пробормотал: — Превосходно. 17 сентября Дверь на стук открыла бледная как смерть Дороти Бакус. — Может быть, подвезти вас до церкви? — спросил Теодор. — Я… я, кажется, неважно себя чувствую, — проговорила миссис Бакус. — Как жаль. Теодор заметил, что из кармана ее фартука торчат уголки фотографий. Выйдя от нее, он увидел, как Мортоны грузятся в машину, молчащая Бьянка и смущенные Уолтеры. Чуть дальше по улице, у дома Артура Джефферсона, притормозил полицейский автомобиль. Теодор отправился в церковь с Дональдом Горсом, который сказал, что Элеонора приболела. — Очень печально, — посочувствовал Теодор. После обеда он провел некоторое время с Джефферсоном, помогая ему очищать закопченное заднее крыльцо. Увидев пропоротый бассейн, он немедленно поехал в магазин и купил точно такой же. — Но ведь дети любят этот бассейн, — сказал Теодор, когда Пэтти Джефферсон начала протестовать. — Вы сами говорили. Он ободряюще подмигнул Артуру Джефферсону, но тот был явно не в настроении. 23 сентября Ранним вечером Теодор заметил, как улицу перебегает собака Альстона. Он схватил свое воздушное ружье, осторожно высунул в окно спальни и выстрелил. Собака яростно вцепилась себе в бок и завертелась волчком. Потом, поскуливая, припустила домой. Прошло несколько минут, Теодор вышел на улицу и начал поднимать ворота гаража. Из переулка выбежал старик, неся на руках собаку. — Что случилось? — спросил Теодор. — Не знаю, — ответил Альстон безжизненным, испуганным голосом. — У него что-то болит. — Быстрее! — воскликнул Теодор. — Садитесь в машину! Он повез Альстона с собакой к ближайшему ветеринару, проскакивая на красные светофоры и стеная каждый раз, когда старик отрывал трясущуюся руку от бока собаки: — Кровь! Три часа Теодор просидел в приемной ветеринара, пока дверь не открылась; старик, пошатываясь, вышел из кабинета, его лицо приобрело пепельный оттенок. — Нет! — Теодор вскочил на ноги. Он проводил обливающегося слезами старика до машины и отвез домой. Потом Альстон сказал, что ему лучше побыть одному, и Теодор удалился. Вскоре черно-белая полицейская машина остановилась у дома Альстона, и старик провел двух полицейских мимо дома Теодора. Теодор некоторое время прислушивался к гневным крикам с улицы. Они звучали еще долго. 27 сентября — Добрый вечер. — Теодор поклонился. Элеонора Горс слабо кивнула. — Я принес вам с отцом жаркое, — Теодор, улыбаясь, протянул завернутую в полотенце керамическую кастрюльку. Когда она сказала, что отец ушел в вечернюю смену, Теодор изумился, словно не видел, как пожилой господин уезжал сегодня после обеда. — Ну что ж, тогда это лично для вас. С моими наилучшими пожеланиями. Сойдя с крыльца, он увидел, что Артур Джефферсон и Генри Путнам стоят под фонарем чуть дальше по улице. Пока он смотрел, Джефферсон ударил Путнама, и спустя секунду оба уже катились в канаву. Теодор побежал к ним. — Как вам не стыдно! — задыхался он, растаскивая противников. — Не лезьте не в свое дело! — предупредил Джефферсон и выкрикнул, обращаясь к Путнаму: — Лучше скажи мне, как эта краска очутилась под твоим крыльцом! Полиция, может, и поверит, что твои спички случайно оказались у меня за домом, но только не я! |