Книга Боевая целительница в Академии. Книга 2, страница 164 – Виктория Рэд Харт

Она встала, подошла к лиане и ткнула ее пальцем.

— А ты? Ты вообще за кого?

Лиана задумалась. Потом медленно, торжественно обвилась вокруг ее руки и прижалась к плечу.

— Это что значит? — подозрительно спросила Эльза. — Ты за всех?

Лиана радостно закивала.

— Ты бесполезна! — засмеялась Эльза. — Совсем бесполезна!

Лиана радостно закивала.

Она погладила лиану по листу и выдохнула.

— Ладно, хоть ты меня не осуждаешь. А то подруги — они, конечно, хорошие, но у каждой свои проблемы. А ты… ты просто слушаешь и не перебиваешь. Даже если твое мнение — «все трое молодцы».

Лиана довольно зашелестела.

— Ладно, — Эльза потянулась. — Пойду подумаю. Может, открою лазарет для одиноких сердец. Или свадебное агентство. Но сначала разберусь с собственной жизнью.

Она направилась к выходу, но на пороге обернулась.

— Ты, главное, никому не рассказывай. А то пойдут слухи: «Целительница Эльза исповедуется растениям». А я так долго работала над своей грозной репутацией.

Лиана одобрительно качнулась и помахала ей вслед щупальцем.

Ирма

В эльфийском лесу пахло сыростью и древностью. Ирма стояла напротив отца — высокого, строгого, с лицом, выточенным как будто из слоновой кости. Между ними было три шага, но казалось — пропасть.

— Я не вернусь, — заявила она. Голос ее был тихим, но твердым, как закаленная сталь. — Когда окончу учебу, останусь в Альянсе.

— Ты эльфийка, — голос отца стал холоден, как зимний ветер. — Твое место здесь. Твой долг перед родом.

— Мой долг перед собой, — ответила Ирма. — Я не хочу жить в лесу, где каждый лист напоминает, что я не такая, как все.

Отец сделал шаг вперед.

— Но здесь я влиятелен. У тебя будет удачный брак и возможности семьи.

— Нет, — Ирма покачала головой. — Я нашла друзей и хочу жить там, где не надо доказывать, что ты имеешь право жить, дышать, существовать. Я жила тут, боясь проявлять себя, думая, что я плохая, недостойная. Но в академии я поняла, что недостойным был Лориэн и все те, кто кичился свой чистотой крови. Я буду жить там, где захочу и как захочу. И не вернусь жить в Харгос. Это не обсуждается.

Отец замолчал, смотрел на нее долго, тяжело, будто видел впервые, потом сказал тихо, почти шепотом:

— Я понимаю. Жаль, что ты столкнулась с болью быть отвергнутой собственным народом. Что бы ни случилось, я буду на твоей стороне.

Ирма не ответила, развернулась и ушла в темноту, оставив отца одного под сводами древних деревьев.

Тарт

Тарт сидел в гостиной родного дома — в кресле у камина. Рядом младший брат: такой же светловолосый, с такими же холодными глазами. Но сейчас эти глаза смеялись.

Тарт рассказывал о вылазках, об Игнисе, о Безумном лесе.

— А потом Игнис выпустил огонь, и огонь стал щитом между ними и Черным хлыстом, и я не успел среагировать, думал — всё, — уголки губ дрогнули. — Но Крэг в пару прыжков оказался рядом и парой ударов размозжил ему череп.

Братишка хлопнул по плечу, рассмеялся.

— Ого! Вот это круть!

— А после этого я пошел на курс к Крэгу. И мы ходили на королеву когтелапых. Я заморозил ее пещеру, а когда она выбралась, убили ее в ловушке ядовитым воздухом.

— Класс! А тебе досталась хоть одна ее чешуйка? Дашь посмотреть?

— Да, даже подарю. Хочешь? — улыбаясь, ответил Тарт.

— Да! Конечно! — засмеялся Феликс. — Ты стал другим, — вдруг воскликнул брат.