Книга Боевая целительница в Академии. Книга 2, страница 156 – Виктория Рэд Харт

Ректор молчал ровно столько, сколько нужно, чтобы она успела пожалеть о сказанном, потом кивнул.

— Достойный ответ.

Вейлон вернулся к столу, отодвинул тяжёлую крышку секретера и достал лист плотной бумаги с золотым тиснением. По краям вились вензеля, в углу алела сургучная капля с королевским гербом. Он развернул лист, придавил угол тяжёлым прессом.

— Имя отца?

— Барон Артур Вейс, — ответил профессор.

Ректор вывел имя тонким пером, и чернила засверкали на золотом обрезе.

— Имя матери?

Вейс и Эльза переглянулись.

Она почувствовала легкую тревогу и не знала, что ответить. Сказать правду — прочерк? Но тогда ее происхождение будет выглядеть подозрительно. Слукавить — назвать несуществующую женщину?

Вейс опередил ее.

— С матерью сложнее, — пояснил он спокойно, но с той интонацией, которая заставляла слушать. — Есть основания полагать, что госпожа Эльза в младенчестве была похищена из благородной семьи. Детство она помнит плохо, но сохранились некоторые детали: дорогая одежда, следы насильственного перемещения.

Вейлон поднял бровь, и в его глазах мелькнул живой, почти охотничий интерес.

— Похищена? Из благородной семьи?

— Есть такая вероятность, — кивнул Вейс. — Поэтому я предлагаю оставить графу матери незаполненной. Если со временем удастся установить ее настоящих родителей, мы сможем внести изменения. Юридически это возможно?

Ректор откинулся в кресле, и тени на его лице задвигались. Он смотрел на Эльзу долго, пристально, будто видел ее впервые.

— Госпожа Эльза, — сказал он наконец, и в голосе его прозвучала усмешка, — а вы умеете удивлять. Сначала лечите безнадежных, потом выигрываете суды, вы создали разумную лиану, потом появляетесь на приёме в платье, которое заставляет половину зала забыть, о чём они говорили. А теперь, оказывается, вы еще и похищенная аристократка.

Вейлон усмехнулся, и в этой усмешке не было злости — только искреннее, почти мальчишеское веселье.

— Значит, это не последний ваш титул? Баронесса — только начало?

Эльза не знала, что ответить. Она смотрела на ректора, и внутри нее смешалось всё: напряжение, надежда, страх.

— Я не знаю, кто я на самом деле, — сказала она тихо. — Но я хочу иметь право выбирать, кем быть.

Ректор кивнул, словно услышал то, что хотел.

— Что ж, пусть будет прочерк.

Вейлон опустил перо, и на месте имени матери осталась ровная чистая строка.

— А когда найдете своих настоящих родителей — придете ко мне снова? Обещайте! Посмотрим, какой титул вам тогда понадобится.

Ректор достал из ящика тяжёлую золотую печать, приложил к сургучу. Движения его были неторопливы, почти церемониальны.

— Готово. С сегодняшнего дня вы баронесса Эльза Вейс. Поздравляю.

Вейлон протянул документ Эльзе. Она взяла его, чувствуя, как дрожат пальцы. Бумага плотная с золотым обрезом, и на ней стояло ее новое имя.

— Но, — ректор поднял палец, и она замерла, — я советую вам не афишировать свой новый статус пока.

— Почему? — спросила Эльза, хотя уже догадывалась.

— Потому что у вас есть враги. Те, кто на приёме набросился на вас, не успокоятся. Если они узнают, что вы стали аристократкой, они найдут другой способ вам навредить. Но если они не будут знать… — он усмехнулся, и в этой усмешке мелькнуло что-то хищное, — то нападут на «простолюдинку». А когда нападут, удар придется на человека, который по документам — дочь барона. И вот тогда их подлость станет не просто оскорблением, а преступлением против дворянского рода.