Книга Боевая целительница в Академии. Книга 2, страница 135 – Виктория Рэд Харт

Он подумал: «Может, это и есть то, что нужно? Не битва за внимание, не игры в игнор, а вот так — сидеть рядом, слушать, как она переворачивает страницы, и чувствовать, что ты не один».

Но дракон тут же одернул себя.

Он не для этого пришел в академию. У него есть цели. Эльза — одна из них. Ирма… Ирма — просто приятное дополнение. Хороший собеседник. Умная девушка, с которой приятно пообщаться. И пока это не мешает его работе — работе над приручением Эльзы, можно продолжать.

Румус закрыл книгу, поднялся.

— Мне пора.

Ирма кивнула, не отрываясь от записей.

— Заходи еще. Всегда рада.

Он вышел в коридор и остановился. В голове крутилось: «А что, если Эльза узнает, что он проводит время с Ирмой? Что подумает? Будет ли ей больно? Или ей всё равно, потому что она с Игнисом? Или, может быть, сейчас она сидит и ждет его весточки, и сердце ее сжимается от обиды?»

Он достал коммуникатор, посмотрел на ее имя, задержал палец над кнопкой написать сообщение. И убрал.

Нет. Рано. Пусть помучается еще. Пусть поймет, как это — быть ненужной. А когда боль станет невыносимой, тогда он появится. Тогда она будет благодарна за каждое его слово. Тогда она запомнит: с ним нельзя ссориться. С ним нельзя ставить условия.

Румус шел по коридору, и в груди пульсировало странное чувство — смесь триумфа и тоски. Он побеждал. Он держался. Игнорирование работало. Дракон пообещал себе, что не напишет первым, она должна сдаться и пасть к его ногам.

Но почему же так хотелось всё бросить и просто написать ей: «Я скучаю»?

До приёма у ректора оставалась всего неделя. В академии царила предпраздничная суета: студенты сдавали последние экзамены, преподаватели выставляли баллы, а счастливчики, уже получившие приглашения, примеряли наряды и обсуждали, кто в чём пойдет. Самая горячая пора — максимум студентов везде: в коридорах, в библиотеке, в столовой. Даже в лазарете не протолкнуться.

В тот день Эльза и Дора как раз обедали в столовой. Вокруг гудели голоса, звенели ложки, кто-то спорил о результатах экзаменов, кто-то жаловался на сложность последнего задания. Обычный день. Обычная суета.

А потом всё рухнуло.

Сначала никто не понял, что происходит. Земля ухнула под ногами, как будто из-под самого фундамента выбили опору. В окнах задребезжали стёкла, по стенам побежали тонкие, паутинные трещины, а где-то в стороне алхимического корпуса раздался глухой, тяжёлый треск — будто ломались каменные стены. Звук такой громкий, что у Эльзы заложило уши.

— Что это? — выдохнула Дора, вскакивая с места.

Ее лицо побледнело, в глазах мелькнул страх.

Эльза уже была на ногах, подскочила к окну, отодвинув в сторону замешкавшегося студента. Они стояли у окна в столовой, когда часть корпуса алхимиков начала оседать. Массивная стена, которая еще минуту назад казалась вечной, медленно, с надрывным скрежетом складывалась внутрь себя, как карточный домик. С ее стен сыпались камни, поднимая клубы пыли, а из образовавшейся трещины полезло что-то зеленое. Огромное, живое, неудержимое.

Лиана!

Щупальца толщиной с канат — нет, толще! — расползались по стенам, обвивали башни, вырывали куски кладки. Лиана росла на глазах, и каждый новый метр приносил с собой грохот и пыль.

По всей академии завыли тревожные сигналы.