Книга Боевая целительница в Академии. Книга 2, страница 111 – Виктория Рэд Харт

Может быть, среди эзотериков, которые изучали черные и потусторонние силы, он найдет ответы?

Алый брел по коридорам, сам не зная, куда идет. Ноги принесли его к крылу эзотериков — туда, где воздух казался тяжелее, а светильники горели тускло, будто экономили магию. Из открытых дверей доносились странные звуки: плач, шепот, звон разбитого стекла.

Он вошел.

В зале было холодно — не так, как от мороза, а как от прикосновения чего-то мертвого. Холод пробирался под кожу, заставляя мурашки бежать по спине. Игнис поёжился и огляделся.

На центральной арене двое магов в черных балахонах сражались не огнем и молниями, а страхом. Один создавал иллюзии — из пола вырастали скелеты, стены начинали кровоточить, в воздухе раздавались крики умирающих. Второй призывал призраков — прозрачные силуэты скользили по арене, их голоса шептали что-то неразборчивое, но от этих шепотов у Игниса закладывало уши.

Он смотрел и не мог отвести взгляд. В какой-то момент один из призраков отделился от схватки и поплыл прямо к нему. Лицо его было размытым, но Игнис вдруг узнал в нём… себя. Призрак смотрел на него пустыми глазницами, и в его груди горел черный огонь — такой же, как у Игниса.

— Ты тоже станешь одним из нас, — прошептал призрак его собственным голосом.

Игнис отшатнулся, ударился спиной о стену. Сердце колотилось где-то в горле. Он закрыл глаза, а когда открыл, призрак исчез. На арене маг в черном балахоне поднимал руки в победном жесте, а его противник лежал на полу, судорожно дыша.

Игнис выскочил в коридор. Он почти бежал, не разбирая дороги, пока не наткнулся на другую арену. Здесь было шумно и людно. Студенты смеялись, хлопали в ладоши, а на арене… на арене летали маленькие радужные пикси. Они кружились в воздухе, оставляя за собой сверкающие следы, и вдруг одна из них наклонилась, и ее вырвало радугой. Прямо на зрителей.

Толпа взорвалась хохотом.

— Это новый рекорд! — крикнул кто-то. — Семь метров!

Игнис замер, смотрел на сияющих пикси, на смеющихся студентов и не мог понять, где реальность, а где иллюзия. В голове смешались черные призраки и радужные феечки. Алый чувствовал, как внутри закипает пламя, и черные всполохи, которых он так боялся, вдруг стали успокаиваться, будто питались этим безумием.

«Мне нужно узнать правду о своем огне, — подумал он. — Но не здесь. Не сейчас».

Он развернулся и пошел прочь. В ушах всё еще звучал шепот призрака: «Ты тоже станешь одним из нас».

На следующий день Игнис решил действовать. Он не мог больше ждать. Шепот призрака, черные всполохи, которые пугали его самого, всё это требовало ответа.

Он отправился к Тарту.

— Мне нужно в эзотерический корпус. Найти профессора, который еще раз покажет фолиант. Пойдешь со мной? — спросил он.

Тарт, как всегда, не задавал лишних вопросов, только кивнул.

— И Эльзу возьмем, — добавил Игнис. — Она умная, может заметить то, что мы пропустим.

Эльза, когда они зашли в лазарет, как раз заканчивала перевязку.

Увидев их хмурые лица, она спросила:

— Что случилось?

— Нам нужна твоя помощь, — сказал Игнис. — Про черный огонь.

Она не стала спорить, отпросилась на перерыв у коллеги.

Эзотерический корпус встретил их всё той же гнетущей тишиной. Светильники горели тускло, по углам прятались тени. Игнис шел впереди, Тарт и Эльза — за ним.