Книга Бесприданница. Искра Князя, страница 12 – Марина Эльденберт

Девушки приехали с Антонией из ее родового замка, и не было ничего удивительного в том, что для них такое путешествие — ссылка. Антония наверняка чувствовала бы себя так же, но, к счастью для меня, я успела пожить в самых разных условиях, пройти школу жизни в МВД, поэтому меня не пугала ни долгая дорога, ни суровые условия, ни погода, по поводу которой особенно сокрушались служанки.

— Там же сейчас уже дожди да слякоть…

— А в середине осени как зима завернет, у-у-ух…

— А что мы посреди зимы будем с вами делать, йяра Антония? Когда все вокруг стынет?!

Они так причитали, что я не выдержала.

— Отставить нытье! — рявкнула я, и девицы застыли. — Нас отправляют туда, где жизнь не сахар, и если мы сейчас с вами расклеимся, можем сразу сложить лапки и помирать.

Обе моргали на меня, а я добавила:

— Или кто-то из вас хочет остаться с княгиней? Я никого не держу, можете прямо сейчас попросить о таком одолжении.

Желающих почему-то не нашлось.

Возможно, это было чересчур жестко, но я не хотела погрузиться в апатию задолго до того, как у меня появится для этого реальный повод. Потому что их (этих поводов) еще будут десятки, если не сотни, я уверена. Начнется все с тоски по дому, по рабочим будням, по моим возможностям на Земле, продолжится мужицкими попытками в военном гарнизоне продавить бывшую княжну на всякое… точнее, бывшую потенциальную княжну, и бог знает, что и кто там меня еще ждет, в этой крепости.

Так что ныть заранее — гиблое дело, если не сказать больше. Антония вообще выглядела как девушка, на которой все ездят, свесив лапки. Репутацию свою она «нарабатывала» годами, поэтому мне теперь с этим жить. Восстанавливать ее личные границы на границе, вот такой вот каламбур. И доказывать всему миру, что попытка поездить на йяре Эдельвейс чревата переломом хребта и вывихом челюсти.

В тот момент, когда я об этом думала, слуги выносили последний сундук из моей комнаты, и в эту же минуту ко мне проскользнула Нияра.

— Вышли все! — шикнула она на и без того притихших служанок и, когда те беспрекословно подчинились, яростно посмотрела на меня: — Я думала, мы подруги! Но ты сказала матери, чтобы не отпускала меня!

Вообще-то надо было оставить все как есть, уверить ее в том, что да, я так и сказала, но… по той же причине, по которой я вчера все переиграла на ходу, я не стала этого делать.

— Твоя мать ненавидит меня, Нияра, и сделает все аккурат наоборот тому, что я прошу. Сделала бы, если бы не пришел твой брат.

— Риаран? — искренне изумилась она. — Но я лично просила его меня отпустить, и он сказал, что подумает.

— Видимо, подумал — и решил не отпускать. — Я развела руками. — У меня все почти получилось, но…

— Но тут вмешался Риаран, — вздохнула она. — Он единственный, кого она боится и слушает… мне надо было сразу догадаться.

— Тебе же она сказала, что это я отвратительная подруга и не хочу, чтобы ты со мной ехала?

— Как ты догадалась?

Да тут и гадать не надо было. Я вздохнула:

— Мне очень жаль, Нияра.

Она подалась вперед и порывисто меня обняла:

— Мы еще обязательно увидимся, Тони! Я верю.

Я обняла ее в ответ.

— Не раскисай. И не позволяй этой паучихе тобой командовать.

— Паучихе?

Я прикусила язык, Нияра же откровенно развеселилась.

— Ты так про себя звала мою мать? Ей подходит!