Книга Танцовщица для небесного бога, страница 79 – Ната Лакомка

Колокольчики зазвенели в третий раз, и Сахаджанья почти бегом покинула комнату для переодеваний.

Оставшись одна (Коилхарна, карауливший под окном, не в счет) Анджали и в самом деле принялась за молитву. Сначала она попросила бога огня даровать подвижность ее членам и пламень сердцу, а потом обратилась к царю богов Шакре, прося его о помощи и вдохновении.

Эта ее молитва была особенно горяча, и Анджали так увлеклась, что пришла в себя только когда хлопнула дверь. Оглянувшись, девушка увидела наставницу — та вошла и сразу прижалась к двери спиной, будто боялась кого-то впустить. Лицо у Сахаджаньи было бледным, глаза испуганно расширены…

— Что случилось? — Анджали бросилась к ней. — Кто-то за вами гонится?

Но наставница уже взяла себя в руки и кивнула ученице, изобразив улыбку:

— Будь готова, Джавохири уже заканчивает танец.

— Но с вами-то что⁈ Вы как будто призрак увидали!

— Все хорошо, — Сахаджанья пригладила волосы, и руки у нее дрожали так, словно она только что пыталась украсть священного павлина царя богов. — Дай благословлю тебя еще раз…

Она подала чашу с лепестками, Анджали зачерпнула их полной горстью и приняла благословение.

— Я готова, — сказала она твердо.

Наставница и ученица прошли полутемным коридором к сцене, и Анджали почти сразу услышала восторженные вопли зрителей. Хлопали в ладоши так, что казалось, будто волны рокочут, накатывая на берег.

— Она станцевала удачно, — заметила Анджали.

— Не думай о соперничестве! — почти прикрикнула на нее Сахаджанья. — Думай только о танце!

У тяжелых занавесей, отделявших коридор от сцены, они остановились, дожидаясь, когда уйдет Джавохири. Зрители изнемогали — это было ясно даже дураку, и Анджали ревниво прислушивалась. Неужели, Джавохири и в самом деле так хороша⁈

Занавес приоткрылся, и показалась ее соперница — проскользнула в полутьму с ярко освещенной сцены, легкая, как пташка. Щеки ее лишь чуть раскраснелись, а глаза довольно сияли. Она не заметила Анджали и Сахаджанью, и пробежала мимо — словно перетекла волной, даже не зазвенев ножными браслетами.

Анджали проводила ее взглядом, но Сахаджанья указала в сторону сцены, строго сведя к переносью брови.

Раздались первые звуки гимна Агни, приподнялся занавес, и Анджали, глубоко вздохнув, вышла на сцену.

Справа и слева стояли алтари богам — один украшен алыми цветами и предназначался богу огня Агни. Второй алтарь украшали синие цветы, это был алтарь поклонения Ганге — богине священной реки.

Но все это Анджали успела заметить краем глаза, потому что основное внимание заслужили зрители. Их было много — настоящее людское море! Они толпились перед сценой, сдерживаемые натянутыми поперек веревками, и гандхарвы-охранники строго следили, чтобы никто не смел заступить за эти веревки, чтобы не помешать танцу и не побеспокоить богов.

Первый поклон предназначался божествам, удостоившим своим присутствием выступление. Боги расположились в тени шатра, возлежа на ложе, украшенном цветами. Анджали увидела господина Читрасену, и господина Каму, и были еще боги и богини — все очень красивые, некоторые — белокожие, как и она, но господина Шакры не было.

Разочарование от этого было таким огромным, что Анджали едва не пропустила поклон музыкантам, когда они начали играть гимн Агни. Но она почти сразу же попала в такт и успела сделать второй поклон и третий — зрителям.