Книга Королевская кровь-14. Часть 1, страница 59 – Ирина Котова

Я стала заваливаться набок, и меня мягко поддержал один из гвардейцев, которые все это время стояли позади в нескольких шагах от меня.

— Спасибо, Максим, — сипло сказала я. Перед моими глазами все еще стояли картины прошлого и грядущего, и если раньше приступы провидения падали на меня — на каждую из нас только в периоды сильнейшего перенапряжения, то сейчас я осознавала, что моя беременность словно сделала для меня грань между нынешним и грядущим тоньше.

Я закрыла глаза.

«Нормально ли желать своему мужу проиграть?»

Я очень хотела снова услышать свой внутренний голос. И услышала.

«Ты прекрасно знаешь, что ты желаешь ему выиграть, Марина».

Я усмехнулась и поднялась.

Ну конечно же, Люк выиграет. Даже если проиграет, да.

Люк Дармоншир

Батискаф, найденный Майки, оказался вытянутой, каплеобразной исследовательской субмариной местного отделения института моря, и Люк, разглядывая ранее стоявший в глубине порта и потому не тронутый волнами аппарат, мысленно возблагодарил деда, который спонсировал науку и в Дармоншире, и за его пределами.

Корабли в порту сохранились только крошечные, типа патрульных катеров, из тех, что сохли или ремонтировались во время катаклизма, серенитские под транспортировку батискафов были не предназначены, поэтому доставить на глубину аппарат было не на чем. Его аккуратно перевезли к краю самого уцелевшего и почти уже отремонтированного пирса, опустили краном на воду, и он как большой оранжевый поплавок, недвижимо стоял на воде.

Штиль убрал волны, а луна напоила море голубоватым сиянием.

Удалось Майки найти и пилота, и штурмана, которые управляли субмариной с учеными на борту. Действие двигателей они уже проверили, и сейчас предстояло осторожно пройти два километра по расчищенному проходу, проверить эхолотом глубину и постепенно опускаться — резкое погружение могло привести к холодовому шоку металла и его повреждению. Люк курил, глядя на последние приготовления и проверки — вот загудел хвостовой двигатель, вот — два на коротких «крыльях» батискафа, зашипел сбрасываемый и снова набираемый воздух в баллонах, сверкнули прожекторы, освещая черную воду вглубь, высвечивая иллюминаторы, уходящие конусами внутрь для снижения давления. Его светлость очень мало знал о морских аппаратах, хотя пару раз погружался в период, когда хотелось попробовать все — и сейчас вспоминал, что гондола для экипажа «вставлена» в большой поплавок, заполненный специальной пеной, чтобы аппарат был легче воды, что погружение идет за счет двигателей и набора в баллоны воды, а при всплытии баллоны сбрасываются… все это пробегало в его голове фоном, а он смотрел на небо, и ему казалось, что сейчас увидит он старших братьев-ветров, потешающихся над ним.

Но спокойно текла родственная стихия и никто не смотрел на него. И он отбросил сигарету, подождал еще десять минут, пока пилот не скомандовал готовность, и прошел по трапу к люку субмарины. Спустился в него, оказавшись в кабине размером с большую трубу, в которой можно было только сидеть, скрестив ноги — и крышка с шипением захлопнулась, отрезая их от внешнего мира. Внутри горели тусклые плоские лампы, горели мониторы, на которые передавались данные с фронтальных и боковых камер.

— Отправляемся, ваша светлость, — проговорил пилот.