Книга Хозяйка княжеского дома, страница 49 – Мстислава Черная

Даниэль дважды поднимает взгляд.

Не знаю, чего ему это стоило, спасал Даниэль не только меня, но и себя…

— Спасибо.

И снова согласие, за которым чудится улыбка.

— Как думаешь, дверь открыть можно?

Даниэль разрешает, и я осторожно высовываю нос.

Жезл валяется на террасе там, где героиня его выронила, и то, что его никто не подобрал радует, однако выскакивать и хватать я не спешу.

В поле зрения ни мадам, ни горе-героини. Конечно, они могли коварно спрятаться, чтобы повторить нападение, но я не думаю, что они настолько отчаянные. Только что они потеряли своего бойца и, возможно, лидера, а я показала себя магиней, да и Даниэль тоже показал. На месте парочки я бы драпала без оглядки.

Лошадей больше не слышно…

Решившись, я делаю шаг наружу, замираю.

Никто на меня не бросается, всё тихо.

Я пинком отправляю жезл в дом. Во-первых, пусть защита проверит магическую игрушку. Во-вторых, я не рискну наклоняться и терять контроль.

Какой-то звук…

Я шарахаюсь под защиту дома, хватаюсь за дверь, но вроде бы тревога ложная. Я прислушиваюсь. Звук всё же повторяется, и идёт он со стороны перил, за которые свалилась главная героиня.

Неужели?

Покосившись на Даниэля и убедившись, что он молчаливо одобряет, я крадучись подбираюсь к краю террасы, заглядываю вниз. Ну, так и есть. Конопатая красотка никуда не делась, сидит в траве с очень печальным видом. Подол задран и взгляду открыта неестественно вывернутая нога. Я не специалист, но на вывих вроде бы не похоже, скорее, закрытый перелом.

Прекрасно, просто прекрасно.

Слово почувствовав мой взгляд, девица поднимает голову и с интонацией умирающей лебёдушки сообщает:

— Они меня заставили.

— Что ты говоришь? Заставили, значит. И жезлом в меня тыкать тебя твоя подруга заставила?

— Я от страха, простите, госпожа.

Это даже не смешно.

— Где твоя подруга?

Девица приободряется. Приняла мой ровный тон за глупость и доверчивость? Так даже лучше. Я кивком поощряю её говорить.

— Она бросила меня и, наверное, лошадь забрала. Когда мы приехали, Креп приказал повозку ниже оставить, за поворотом.

Вообще-то лошадь мне бы очень пригодилась. Я бы на повозке доехала до деревни и обменяла кобылу на запас продуктов.

Бежать вдогонку уже поздно? Наперегонки с лошадью, ага. Я понимаю, что отпускать мадам плохая идея. Кто знает, что ей взбредёт в голову? Умной она мне не показалась, а именно дураки опасны, они легко сотворят самоубийственную дичь, которую не совершит ни один злодей с мозгами.

— Ясно.

— Госпожа, дайте мне, пожалуйста, то зелье, которое вы давали в прошлый раз.

Серьёзно? Я не ослышалась?

— Ты восхитительна.

— А? – она наивно отвечает благодарной улыбкой, но мгновение спустя до неë всё же доходит. – Не дадите? Пожалуйста-а-а… Очень больно.

Верю.

Но вот сочувствия ни капли. Слишком много энтузиазма для человека, которого якобы заставили.

К тому же крови нет, девица сидит вполне ровно, хнычет и гладит коленку, старательно давит на жалость.

— Возвращайся, откуда пришла.

— Госпожа, смилуйтесь! Я безногая.

— Детка, змеи в лесу не только безногие, но и безрукие, и ничего, выживают, справляются.

Почему я трачу время на неё?!

Я возвращаюсь в дом и захлопываю дверь.

— Госпожа! – надрывается девица.

— Я понимаю, что оставлять её неразумно, но я не могу хладнокровно, как палач… – я оправдываюсь перед мужем, говорю всё тише и резко меняю тему. – Даниэль, ты не против, если на ужин мы доедим пюре и выпьем чай с мëдом?