Книга Хозяйка графских развалин, страница 36 – Мстислава Черная

И почему он ничего не говорит? На его лице явственно читается замешательство.

Чуть ли не носом уткнувшись в тыльную сторону моей ладони, Гарет рассматривает рисунок довольно долго. Наконец, он поднимает на меня взгляд и разжимает пальцы, но я… Его рука такая тёплая, что я не спешу разрывать касание.

— Даниэлла, когда вы увидели новый цветок?

Это важно?

— Утром.

Я понимаю, что важно рассказать и про конверт, и про зеркало, и я ни в коем случае не собираюсь скрывать, но сперва мне хочется услышать хоть что-то.

— Простите, Даниэлла.

— Вы мне не расскажете? — спасибо, что врать не стал. Отличить ложь от правды я бы вряд ли сумела.

— Мне нечего вам рассказать. Больше пяти веков назад случилось то, что в родовых записях называют Второй Потерей. Глава рода, его супруга, младший сын и незамужняя сестра погибли в пожаре. Наследник, четырнадцатилетний мальчишка, уже учился в Военной Академии, и это его спасло.

Гарет прерывается.

Кажется, до него доходит, что он уже довольно долго держит меня за руку. Он неловко отстраняется, и я опускаю ладонь на стол, а цветки горят словно бы ярче.

Надо как-то отреагировать на рассказ.

— Ваш предок справился.

— Пожар уничтожил некоторые реликвии, всю библиотеку, архив, документы… Что-то Верон восстановил по памяти, но, как вы понимаете, многое было утеряно.

— Вы сказали “Вторая Потеря”. Значит, была и Первая?

— Да, Даниэлла. Во главе рода остался малолетний преемник, а документы и книги точно также были потеряны. Я никогда не слышал о двойной печати, не видел двойного изображения.

— В храме на стенах один цветок.

— Да. И появление второго… ставит меня в тупик. Сведения о нём были давно утеряны.

Такое впечатление, что история графского рода это история о затянувшемся угасании. И мне не повезло стать частью этого рода, когда судьба готовится поставить финальную точку.

— Зеркало в кабинете графини. Оно особенное?

— В кабинете графини есть зеркало? Почему вы думаете, что оно особенное, Даниэлла?

Не повезло.

Я рассказываю про письмо, про гербарий, про то, как в кабинете открылся переход, про то, как огненный цветок отозвался, когда я назвала его не печатью, а ключом. Я стараюсь ничего не упустить. Ага, стараюсь. Про незваного визитёра я забыла.

Гарет выслушивает меня очень внимательно, не перебивает.

— У вас нет идей, почему у кого-то есть путь в кабинет, из которого прямая дорога в спальню?

— У меня есть только предположение.

Хоть что-то!

Только вот судя по тому, что Гарет замолкает, он то ли забраковал своё предположение, не успев озвучить, то ли озвучивать не очень хочет.

— Да? — подталкиваю я его.

— Если верить легендам, когда-то на месте руин возвышался дворец, роскоши которого мог бы позавидовать сам император. Я не думаю, что здание было настолько большим, в легендах любят приукрасить. Но факт в том, что здание действительно существовало, а дом, в котором мы сейчас находимся, по одной из версий, был всего лишь гостевым. Мой отец считал версию чепуховой, и я ним соглашался. Зачем возводить двухэтажный особняк? Проще выделить во дворце гостевое крыло. В Доме чётко выделяются хозяйские спальни, и есть гостевые комнаты. Гости гостей. Согласитесь, странно.

— Согласна.

— Я считал, что Дом был возведён для наследника. Жест щедрый, но хотя бы логично объяснимый.