Книга Негодная певица и некромант за клавесином, страница 100 – Мстислава Черная

Дан оборачивается, разводит руками:

— Нет, Карин, ты не пела. Ты завывала.

Глава 51

Остаток ночи проходит без приключений. Мы возвращаемся домой, когда до рассвета остаётся два-три часа. Дан желает мне спокойной ночи и скрывается в направлении своей комнаты, а я задерживаюсь в холле. Я вроде бы устала, но спать уже не хочется. Но ведь всё равно надо лечь?

У горничной нерабочее время, горячий шоколад никто не принесёт.

Поднявшись на второй этаж, я не сразу сворачиваю в выделенную мне комнату, а выхожу на террасу, где мы с Даном завтракали. Устроившись на стуле, я смотрю на спящий город и пытаюсь понять, что меня беспокоит. Происшествие на кладбище? Сомнения в будущем? После разговора с Кэрри во мне занозой засело воспоминание о доме. Меня тяготит незавершённость. Да, я попрощалась, но родители ведь переживают. Надо написать, что я учусь магии, что у меня всё хорошо.

Принятое решение окрыляет. Я прохожу в библиотеку, сажусь и пишу.

Обычно я составляла план письма, подбирала фразы, потом писала черновик, правила его и только после этого переписывала начисто, ведь письмо должно быть идеальным во всех смыслах — выполнено каллиграфично, без помарок и соответствовать правилам этикета. Но этой ночью всё иначе. Я пишу быстро, буквы получаются то крупнее, то мельче, прыгают по строке. И точно также прыгают фразы, мысль цепляется одна за другую и я тороплюсь записать. А потом ставлю дату, подписываюсь с любовью и, не перечитывая, запечатываю конверт. Завтра Марк отнесёт на почту…

Я не помню, как я оказываюсь в спальне, как умываюсь, раздеваюсь и как ложусь.

Просыпаюсь я поздно. Комната давно залита ярким солнечным светом, а он меня не потревожил. Я с удовольствием тянусь и выбираюсь из-под одеяла.

На прикроватной тумбочке я обнаруживаю записку. Дан приглашает меня присоединиться к нему за завтраком, если я проснусь. А сколько времени интересно? Часов я не вижу. Сперва освежусь.

Когда я возвращаюсь из ванной, горничная уже ждёт и подаёт мне дневное платье.

Одежда в полном порядке, но носить одно и то же изо дня в день…

Сегодня же в салон готовых платьев!

— Госпожа, вы желаете присоединиться к господину за завтраком? — первой уточняет горничная.

— Да, — я ещё успеваю?

— Прошу за мной, госпожа.

И я снова оказываюсь на террасе. Наверное, между мной и Даном всё же есть нечто общее — не зря же нам обоим в доме нравится одно и то же место.

— Доброе утро, — здороваюсь я и прохожу к столу.

Всё-таки я припозднилась, Дан уже заканчивает.

— День уже, — ворчливо возражает он, но встаёт и галантно пододвигает мне стул.

Я отвечаю безмятежной улыбкой:

— Но ведь завтракают утром, — и, чтобы не продолжать спор, меняю тему. — Дан, у тебя свободен день? Я имею в виду, что оба заказа выполнены, и я хочу разделить наш гонорар.

— Для денег я свободен, — хмыкает он.

Не понимаю я его интонацию… Он всё-таки зол? Чтобы не думать лишнего, я уделяю внимание каше с сухофруктами тосту с ветчиной.

Дан доедает гораздо раньше меня, но приборы не складывает, а упирает в края тарелки в знак, что убирать рано — дожидается меня.

Приятно…

Как и в прошлый раз после завтрака нам подают кофе с газетами.

Я жду, что Дан выберет какую-то из газет. Возможно, “Вестник”, но он одним движением разбрасывает газеты по столу, и на всех передовицах одно — репортажи с кладбища. Заголовки чудовищны, один другого хуже. Чего стоит хотя бы “Визит эльфийского жреца-мертвеца”?! Кто это писал…?! И что в голове у того человека, который додумался вынести подобный заголовок на первую полосу?