Книга Невеста проклятого дракона, страница 3 – Матильда Старр

Он мне не нравился. А еще меньше мне нравилось то, что сейчас он стоял прямо передо мной и смотрел отнюдь не в глаза. Я нервно потерла плечо,  физически ощущая жжение в том месте, куда был направлен его пристальный взгляд.

Впрочем, нет. Жжение в плече появилось ещё утром. Первый раз я его почувствовала, когда надела блузку, а это было задолго до того, как началась пара по ненавистной философии. Странно, вроде бы и не ударилась нигде, и загорать перед сессией времени нет, а плечо пекло, словно я отлежала несколько часов под палящим солнцем.

Феоктист Игнатьевич неохотно отошел от моей парты.

Сегодня, вопреки обыкновению, он не зверствовал, не засыпал сложными вопросами и не задавал подготовить реферат на 50 страниц по теме, в которой нерадивый студент плавал. Наоборот. Он кружил по аудитории, рассеянно отвечал на вопросы, а потом неизменно останавливался напротив меня.

Если бы он не был Феоктистом Игнатьевичем, я бы даже подумала, что он внезапно воспылал ко мне какой-нибудь болезненной и неестественной страстью. Но все знали: Феоктист Игнатьевич совершенно равнодушен к студенткам. Те отчаянные девицы, которые на свой страх и риск решали это проверить, его предмет уже не могли сдать никогда.

Пары по философии тянулись для меня долго и раньше, но сегодняшняя побила все рекорды. Она стала воистину безразмерной. Я ерзала, потирала плечо, посматривала на часы, которые, кажется, остановились. Но ничто не может быть бесконечным. Наконец-то стрелка подползла куда надо.

И Феоктист Игнатьевич снова удивил: обычно он задерживал нас на половину перерыва, находя какое-то садистское удовольствие в том, чтобы не дать студентам успеть занять очередь в буфете. Но сегодня едва-едва секундная стрелка коснулась двенадцати, он всех отпустил.

Почему я не вышла вместе со всеми? Почему продолжала сидеть и бессмысленно копаться в своей сумке, словно потеряла что-то важное? Почему даже верная подружка Аленка не стала меня ждать, а убежала одной из первых? После я много раз думала над этими вопросами.

Но тогда это казалось таким естественным. У меня просто немного закружилась голова. Совершенно нормально не вскакивать в таком случае со скамейки, а буквально на секундочку закрыть глаза и перевести дыхание. И вообще, кому захочется толкаться  у двери? Того и гляди в толпе спешащих за пирожками студентов кто-нибудь заденет ноющее плечо…

В общем, я замешкалась. А когда аудитория опустела, Феоктист Игнатьевич в несколько шагов подошел к двери и закрыл ее на ключ.

Я не могла поверить своим глазам. Это что сейчас было? Что, черт возьми, он от меня хочет? Почему мы заперты здесь вдвоём? Может быть, я сплю и вот-вот проснусь? А потом буду рассказывать Аленке: представляешь, какой бред приснился! К чему бы это? Точно завалит на экзамене!

Но пока происходящее не слишком походило на сон. Феоктист Игнатьевич так же стремительно, как шел к двери, приблизился ко мне.

— Неужели расцвела? – пробормотал он.

Странная фраза, совершенно неестественная в аудитории гуманитарного факультета, а не биологического. В следующее мгновение он сделал кое-что еще более неожиданное – рванул ткань моей блузки так, что она с хрустом разъехалась, а на пол посыпались пуговицы.

— Что вы делаете? – возмущенно закричала я и ахнула.