Книга У босса на крючке, страница 77 – Матильда Старр

— Сама виновата… – со странным сожалением сказал Сэм.

Его дыхание коснулось затылка, видимо, он тоже опустился на колени.

— Тебе ведь нравится… – хрипло выдохнул он мне в ухо, лапая грудь. Его ладонь поползла выше, легла на шею, слегка сжалась… – Шлюха…

Он расстегнул молнию на моих джинсах и засунул свою руку мне в трусики. Пощупав между ног, на мгновение замер.

— Ты не мокрая… – разочарованно прошептал он. Ладонь на горле напряглась, сильнее сдавливая. Я судорожно сглотнула.

Он мучает меня, собирается изнасиловать, а потом убить, и меня должно это возбуждать? Да он просто псих! В другое время после таких слов у меня бы начался истерический смех. В другое время, да. Но сейчас мне было слишком страшно, так страшно, как не было никогда в жизни.

От прикосновения пальцев к промежности меня передернуло. Его ладонь, обхватывавшая горло, расслабилась, скользнула вниз и сдавила грудь, и одновременно он с силой вонзил в меня два пальца, едва не разорвав лоно. Задвигал ими, грубыми точками то загоняя вглубь, то почти вытаскивая, растягивая судорожно сжавшиеся мышцы.

И снова началась боль… Она была везде, она была мной, и самой меня больше не было. Только боль и страх, пахнущий моим собственным липким потом, кожей Сэма и чужим брошенным домом.

Вдоволь натешившись, ублюдок убрал свои лапы и с силой толкнул меня в спину. Со всего размаха я ткнулась лицом в пол и затихла, почти мечтая умереть. Потому что когда он меня убьет, все это, наконец, закончится. В несколько рывков он спустил до колен мои джинсы вместе с трусиками и, дергая за связанные руки, заставил встать на колени и нагнуться, упираясь лбом в угол между полом и стеной.

Он так завелся, что ему, видимо, было уже наплевать, мокрая я или нет. Одной рукой он расстегивал штаны, позвякивая ремнем, второй жадно тискал меня между ног, толкая так, что я головой стукалась в стену.

Вжикнула молния…

И через долю секунды в мои бедра впились стальные пальцы, а в промежность вдавилась чужая плоть.

Я отчетливо услышала рычание и ничуть не удивилась. Сэм не напрасно казался мне животным – грязным, отвратительным животным. И тот факт, что при этом он был гладко выбрит и пах дорогим одеколоном, совершенно ничего не меняло. Похотливое животное!

Рычание повторилось, и я с удивлением поняла, что этот звук издает вовсе не Сэм, а кто-то сзади него.

И еще раз, теперь уже громче, агрессивнее.

Видимо, Сэм тоже его услышал. Он замер, перестав ерзать позади меня, отпрянул, оставив в покое мои многострадальные бедра.

Я развернулась, стукнувшись об пол, и увидела, что остановило Сэма. Два желтых глаза, горящих в полутьме. Пес. Огромный, пожалуй, с меня ростом, бродячий житель этих мест. Наверняка бродил по домам в поисках брошенного провианта, пока не наткнулся на нас. Присутствие чужаков ему не понравилось. И теперь он готов отстаивать свою территорию, по крайней мере, выглядит очень свирепо. А в полумраке заброшенного дома и вовсе жутко.

Пользуясь тем, что меня никто не держит, я тихонько отползла подальше в угол и постаралась пошевелить руками. Скотч, второпях намотанный на запястья, держал их не слишком крепко. Если хорошенько постараться – одну руку можно высвободить. И, кажется, Сэм пока совсем не обращает на меня внимания, занятый псом.