Книга Будь моим тираном, страница 47 – Матильда Старр

— Её.

Через пару минут все рамочки с фотографиями ровной стопочкой лежали в уголке. А еще через пару минут в дверь постучал официант и вкатил тележку с легким ужином и не менее легким вином. Официанта я организовала заранее. Во-первых, ну не зверь же я – морить голодом человека. А во-вторых, кто знает, чем бы закончились наши переговоры? Вдруг бы меня все-таки пришлось спасать.

— Ну что, за вашу размолвку? – сказала я, когда официант наполнил бокалы и деликатно скрылся за дверью.

Алексей Александрович взял бокал, но не тот, который предназначался ему, а тот, что был у меня в руке, отставил его в сторону и сказал:

— Успеется.

И тут же его губы накрыли мои. На этот раз все было иначе – другой город, другие обстоятельства и даже уже немного другие мы. Но одно осталось неизменным – мы снова целовались так, будто ничего важнее в этой жизни не было. Словно весь мир отступил – остались только мы и наша жадная нежность, а этот поцелуй невозможно разорвать никакой силой.

Или все-таки возможно?

— Погоди! – остановила я его.

У меня оставался еще один важный вопрос. Очень важный. И от ответа на него зависело, будем мы целоваться дальше или… или я не знаю.

— Чья это была помада? В машине?

— Какая помада? В какой машине? – кажется, Алексей еще не вернулся из параллельного мира, где не существует ни машин, ни помад.

— Черная. Лаковая… Самая обычная.

— У меня не было никаких помад и быть не могло.

Ясно. Отрицать до последнего. Тоже вполне себе тактика…

— Хотя-а… – протянул он. – Черная, блестящая? – Он потянулся к сумке и что-то из нее достал. – Эта?

— Да! – воскликнула я.

А ведь говорил, что не было! Только зачем он таскает ее в сумке? Есть что-то такое, чего я о нем не знаю?

— Ну можешь накрасить ею губы.

— Вот еще! – буркнула я.

Только чужих помад мне не хватало!

— Я серьезно. Попробуй.

Я нехотя взяла помаду в руки и сняла колпачок. На меня смотрел металлический наконечник флешки.

— А почему такой формы? – удивилась я.

— Ну зато она большая. Маленькие вечно теряются.

Я немного смутилась. Не столько из-за своих подозрений, сколько из-за того, что не знала, что теперь делать. Сказать ему: OK, раз с помадой всё в порядке, давай продолжим целоваться? Это было бы как-то странно и неловко. Наброситься на него без слов – тоже что-то не то.

Он сам разрешил мои сомнения: взял мои руки в свои и сказал:

— Дина. Если ты захочешь что-то у меня спросить или что-то мне сказать, не надо для этого засовывать меня в багажник или совершать что-то в этом роде. Просто подойди и скажи. Или спроси. Как тебе такой вариант?

Я кивнула.

И да, я хотела, очень хотела спросить кое-что важное, то, от чего зависело всё на свете. То, что спрашивать как-то не принято. Да и глупо. Захочет – сам скажет.

Видно, это как-то отразилось на моем лице.

Алексей посмотрел мне в глаза очень долгим взглядом, наклонился ближе и шепнул на ухо:

— Даже не сомневайся!

— Дин, ну давай всё-таки в багажнике… – продолжал настаивать Валера. – Можно ведь все так симпатично обыграть. К тому же у вас это практически семейная легенда. Да вы внукам еще рассказывать будете!

Угу. И правнукам. И мемуары напишем. Если, конечно, живыми до ЗАГСа доберемся.

— Ну а что! – не унимался он. – А какие фото оригинальные будут. Это тебе не под водой, и не на воздушном шаре… Изюминка!