Книга Не шутите с боссом!, страница 72 – Матильда Старр

— Но… я не репортер.

— Это как? — удивился отец. Его рука с вилкой застыла в воздухе. — Мне же Славик сказал…

Сейчас слушать о том, что сказал Славик, было совершенно невыносимо. Думаю, я отлично проживу до самой старости, так и не узнав, что он сказал, и уж точно не буду от этого страдать.

— Он мне предложил работу, но я отказалась. Просто за это время поняла, что журналистика — не мое. Одно дело — детские мечты, а совсем другое — реальность.

Я невесело улыбнулась. Да уж, что правда, то правда. И, кажется, я сейчас говорю совсем не о журналистике.

— Что же… Ты, значит, снова в секретарях? — спросил отец, изо всех сил стараясь скрыть разочарование, которое явно сквозило в его голосе.

— Нет, не в секретарях, — спокойно ответила я. — Вячеслав Павлович нашел на мое место человека.

— Та-а-а-к, — протянул отец и положил вилку на стол.

— Ну а что ты хотел? — я пожала плечами. — Не мог же он отправить меня и не найти никого на это место. Как бы он работал?

— И что же теперь? — спросил отец растерянно.

Праздничная атмосфера за столом куда-то улетучилась.

А у меня внутри поднималось какое-то недоброе, мстительное чувство. Хотелось сказать: «И ничего! Вот что бывает, если вмешиваешься в чью-то жизнь, когда тебя не просят!» Но вместо этого я улыбнулась и обвела притихших родственников бодрым взглядом.

— Ничего страшного, — заявила я. — К счастью, я и сама собиралась уходить. Мне предложили отличное место. И зарплата выше и возможностей больше, так что отпраздновать есть что…

— Ну и прекрасно, — подхватила мама, — я считаю, что получилось даже лучше. Вероника — взрослая, самостоятельная девушка, и я горжусь, что новую работу она нашла сама.

Мама так сурово посмотрела на папу, что тот, кажется, тоже счел за лучшее поскорее начать мною гордиться. И праздничный обед пошел своим чередом. Именно так, как я и хотела — с рассказами о школе, поставщиках, пациентах, ну и моими фантазиями по поводу будущей работы. Потому что я все еще понятия не имела, в чем она будет заключаться.

Когда пришло время нести чай с пирогами, и я отправилась на кухню вместе с мамой, чтобы помочь ей с кружками и блюдцами, она вдруг плотно закрыла дверь и тихо, так, чтобы отец не слышал, сказала:

— Правильно, что ушла с той работы.

— Да? — растерянно переспросила я.

Ну и ну. Вот уж не думала, что она так горячо поддержит меня в этом вопросе.

— Встретишь еще свою судьбу, — совершенно нелогично продолжила мама.

Мне не очень понравилось, куда свернул разговор.

— А при чем тут… моя судьба? Если ты думаешь… — начала я, но она меня оборвала.

— Да ладно тебе! Никогда не умела ничего скрывать, все на лбу написано. А Славик, конечно, парень хороший, но не для тебя…

Прозвучало совсем плохо. Будто бы я его не достойна. И хоть за несколько минут до этого я и сама убеждала себя, что никакой Славик мне не нужен, но слышать такое от мамы было ужасно обидно.

— …А уж теперь, когда сюда вернулась его жена, и подавно, — закончила она свою мысль.

И в кухне сразу стало как-то очень душно.

— Кто — вернулась? — едва выдавила я из себя, не слишком рассчитывая на то, что просто ослышалась.

— Его бывшая жена. Сколько лет назад уехала, а вчера вот явилась не запылилась. Мне наша общая знакомая рассказала. Видела ее в аэропорту с чемоданами. Поэтому я не удивлена: так и думала, что ты там не останешься. В общем… — мама приобняла меня за плечи, — все ты сделала правильно. Надеюсь, что на новой работе лучше сложится…