Книга Я бы сменила дракона или Сами вы злодейки!, страница 233 – Мира-Мария Куприянова

— Я проведу его с пользой, мой принц.

— Во благо Аргона, надеюсь, – холодно улыбнулся Арадан, – Но, боюсь, ты, как всегда, утонешь в самокопании, самоедстве и терзаниях о невозможности взаимных чувств. Кто бы мог подумать! Грозный генерал Сарвир и умирает от неуверенности в чувствах той, кому отдал сердце. Впрочем… Тут я тебе помогу.

— Лишнее.

— Ну что ты! В память о тех годах дружбы, что были между нами до того, как ты выбрал не ту сторону. Уж с чем-чем, а с неуверенностью ты покончишь теперь же. Все еще думаешь, что леди Мелисса выбирает? Увы тебе. Она давно выбрала, друг мой.

— Я не спрашивал…

— Не тебя, конечно. Но и не Арвела, полагаю. Свободу. Ваша леди выбрала свободу. И сделала это единственным способом, который избавлял ее от осуждения общества.

— Что Вы имеете в виду? – проклиная себя за заданный вопрос, надтреснуто произнес генерал.

— Ты же сам предъявил мне претензию, что я не оповестил тебя о просьбе кузена. Так вот я говорил истинную правду. Я получил его просьбу в виде письма. За какие-то полчаса до начала бала. Доставили нарочным прямо из столичного особняка Арвела. Очень вовремя! Как раз для минута в минуту для того, чтобы я не успел уведомить тебя и отца. И мы не смогли найти другой выход. Впрочем, в этом письме не только точно говорилось, на каком именно балу произойдет событие, противиться которому я должен волей своего имени. Но и то, что происходить это будет в соответствии с договоренностью, достигнутой ранее с леди Стоун.

— Вы.., – голос Сарвира был схож с вороньим карканьем.

— Вру? – вскинул бровь принц, – Не стесняйся. Предать меня дважды все равно не получится. Как и оскорбить больше, чем оскорбило вчера меня твое демонстративное неповиновение моей воле в угоду истерике женщины. Так что, можешь произнести вслух. А я отвечу: нет, Аслан. Я не вру. Мне не за чем. Мелисса лично писала герцогу. Лично сообщила ему о том, что на балу произойдет событие, которое позволит тебе затребовать ее себе в жены. И дала ему понять, что готова принять его извинения и остаться его невестой. Вот так-то. Скажешь что-то?

Но связки генерала словно свело судорогой. Поэтому он просто выше поднял подбородок и медленно качнул головой, отказываясь от ответа.

— Что-ж… как пожелаешь. Кажется, ты собирался уходить?

— Да. Я хотел бы вернуться домой и заняться сборами, – через силу, выдохнул Ледяной.

— Иди, – великодушно махнул рукой принц, – Да будет легким твой путь. Попутного ветра твоим крыльям.

Шаг к выходу мужчина сделал машинально. Боль растекалась по груди холодом и льдом. На губы сама собой заползала горькая, болезненная усмешка.

«Забудет? Что-ж... теперь это и правда шанс. Хотела свободы? Кажется, это единственный ценный дар, который я и правда могу вручить ей, если надеюсь на искреннюю благодарность…»

— Чуть не забыл, – обернулся в дверях Аслан, успешно разыгрывая и лишь теперь ухваченную мысль, – Ее Сиятельство просила передать записку мисс Олимер. Я могу просить Вас…

— Дай сюда, – резко выбросил вперед ладонь будущий монарх.

— Конечно, – вежливо протянул тонкий, нежно-розовый конверт генерал, – Предпочтете передать лично?

— Предпочту знать, что там написано, – хмыкнул наследник, без зазрения совести вскрывая острым ножом для бумаги конверт, и доставая на свет лист, исписанной изящным женским почерком, – Что тут у нас? «… Надеюсь, Вы успокоились… уверена в том, что Его Высочество своим вниманием и заботой сумел развеять все Ваши опасения… Желаю Вам с блеском победить на Отборе и занять место подле того, кто ни на миг не прекращал надеяться на Ваше возвращение… Передаст лично генерал Сарвир… Навечно Ваша подруга…» хм. Как мило, однако! И как прекрасно укладывается в рамки отведенной для графини роли, не находите?