Книга Кукла. Хрупкое счастье, страница 92 – Слава Ленская

Проснулась с дичайшей головной болью и, как позже оказалось, температурой под сорок. Мама вызвала врача, мне вкололи какое-то лекарство, скорее всего жаропонижающее. Но я все это смутно помнила, была словно в полузабытье. Вроде и видела, что вокруг меня происходило, слышала звучавшие голоса, но теряла нить событий.

Я провалялась в кровати неделю. Есть отказывалась, потому что в меня ничего не лезло, могла только пить. Мама круглосуточно дежурила у моей кровати, принося мне вкусные ароматные чаи и пыталась каждый раз уговорить хоть что-нибудь поесть.

Наверное, я слегла из-за испытанного стресса. Потому что никакого кашля, больного горла, насморка или еще каких-то признаков острых респираторных вирусных инфекций не наблюдалось.

Я похудела, под глазами залегли темные некрасивые тени, и мое отражение в зеркале стало мне напоминать мою тень. Глаза словно потухли, губы потрескались, кожа стала сероватого оттенка. Красотка, как ни посмотри.

На телефон я не реагировала от слова совсем и выпала из жизни на несколько дней. Мама оповестила классного руководителя и сообщила Тиму, что я заболела. Остальные же обрывали мой телефон, а я была не в состоянии на него реагировать. И, когда уже могла хоть как-то соображать, попыталась разгрести всю кучу сообщений и оповещений о звонках, которые успели накопиться.

В основном это был наш девчачий чат «ТриО». Дашка и Сенька писали без устали, справляясь о моем самочувствии. И стоило мне только ответить, тут же примчались меня проведывать.

Девчонки наперебой рассказывали мне о школьных новостях. Главной из которых было то, что Дашке удалось заполучить внимание Стэфа. Моя яркая подруга давно об этом мечтала и столько раз меня просила поспособствовать и тут вдруг такая удача.

Вот только я этой новости не обрадовалась. Почему-то наоборот, меня насторожили слова Дашки. Сенька радовалась за подругу, а я их энтузиазма не разделяла.

— С чего вдруг он к тебе подошел? — нахмурив брови, спросила я.

— А почему ты в таком тоне об этом спрашиваешь? — недовольно ответила Дашка. — Только на тебя Демидасы могут внимание обращать?

— Даш, не злись. Я ведь волнуюсь. Знаешь же, что он девчонок, как перчатки меняет. К тому же спорит на них часто, — пояснила я свои слова и реакцию.

— Что ты сразу о плохом? Может он влюбился? По-настоящему, — фыркнула Дашка.

— Может и так. Ты у нас такая красотка! Но, все же будь с ним аккуратней, — попыталась исправить я ситуацию.

— А ты сама чего такая расстроенная? Что-то мне подсказывает, что дело тут не только в твоем самочувствии, — спросила наблюдательная Сенька.

Я кивнула и глубоко вздохнула, стараясь сдержать подбежавшие вмиг к глазам слезы. В этот раз я не хотела ничего скрывать от лучших подруг и рассказала все с самого начала. И про нашу последнюю ссору и его угрозы.

— Ты собралась уехать? Серьезно? — выпалили обе подруги хором.

— Только если ситуация зайдет в тупик, — ответила я, хотя понимала, что наши отношения уже больше походили на сюр.

Ведь кроме девчонок все эти дни мне названивал и писал Демон. И несмотря на то, что я ему не отвечала, продолжал строчить сообщения. Причем содержание их было таким, словно между нами все отлично и никакой ссоры не было. Я не могла ему отвечать, все еще прекрасно помнила его угрозы. И как у него только язык повернулся предупреждать меня о таком? И что делать, если он действительно решит их исполнить? Если думать только о себе и сбежать к папе, чтобы забыть мою первую несчастную любовь, как страшный сон, то я буду бояться за друзей и маму. А, если ради их безопасности остаться и продолжать эти странные отношения, то я точно с ума сойду.