Книга Глупые, страница 55 – Галина Шатен

— У меня ничего нет.

Тимур проводит по волосам рукой в своей манере, взъерошив их сбоку. Смотрит на меня, потом переводит взгляд на пол и думает с полминуты. Поднимается на ноги. Хватает мои ключи.

— Я сейчас.

— Тимур. – Я поднимаюсь на ноги, но, когда выхожу в коридор, меня запирают ключом в моей же квартире. Пусть еще на два дня, но все же.

Ярославский возвращается через десять минут с пластмассовым чемоданчиком.

— Ты все это серьезно? – недоуменно спрашиваю.

— А ты все еще не веришь в мое доброе сердце и бескорыстные поступки? – хмыкает парень, проходя мимо.

Э-э-э… Нет?

— Откуда ты взял инструменты? – любопытствую, следуя за ним в гостиную.

— Меньше вопросов, Антоныч. Посвети фонариком.

Ярославский достает отвертку и начинает отвинчивать дополнительную секцию, которая и не выдержала вчера нашего веселья. Сажусь на стул и подпираю рукой подбородок, наблюдаю за ним. Самое странное, что почти час ночи, но я совершенно не хочу спать. Чувствую какое-то предвкушение, как когда знаешь, что должно произойти что-то хорошее. Это так удивительно.

— Где ты научился чинить диваны?

Он отвлекается от работы и поднимает на меня глаза. Потом снова принимается за работу.

— Меня дед научил еще в детстве, – отзывается просто и коротко.

— Ты часто их ломал?

— Мой дед всегда говорил, что мужчиной назвать можно только того, кто умеет не только головой работать, но и руками. И я уже в восемь мог собрать простую тумбочку… С его помощью.

Когда отвинчен последний шуруп, он переворачивает секцию и сосредотачивается на деревяшке, которая и сломалась.

— А кем был твой дедушка?

— Директор вертолетного завода, потом ушел в строительство.

Откровенно любуюсь игрой мышц под синим джемпером, его раскрасневшимся лицом и таким непосредственным выражением. Словно это тот же Ярославский, только забывший надеть маску надменности и превосходства. В общем, когда Тимур чем-то действительно увлечен, это картина, от которой невозможно оторвать глаз, как бы твой мозг ни вопил, что это откровенно плохая идея.

— Дивану недолго осталось, – вздыхает парень, заглядывает под оставшуюся секцию. – Он уж не задвигается, да?

— Угу. Хозяйка сказала, чтобы не елозила туда-сюда. А то сломается, но это не сильно помогло.

— Этой мебели столько же лет, как и тебе, – хмыкает Тимур и снова сосредотачивается на работе.

— Она меня выгнала.

Я вздыхаю, а потом прикусываю язык. А оно ему надо?

— Кто? – Тимур хмурит брови, но не отрывает взгляда от дивана.

— Хозяйка, оказывается, приехала с утра ни с того ни с сего. Ей не понравился вид разгромленной квартиры… Неважно. – Я поднимаюсь со стула, заставляя парня все же посмотреть на себя.

— Ты ведь знаешь, что вчера приходили соседи, жаловались на громкую музыку. А то ли Вова, то ли Карен были… Грубы.

— Грубы?

— Ну, да.

— Ох… – я закрываю лицо. – Ну почему я, почему-у… Из-за твоих друзей мне снова придется переехать к Глебу… и Лиде.

— К Глебу? Ты жила с тем парнем из клуба?

— Это не твое дело, – отмахиваюсь от однокурсника.

Тимур на мгновение задумывается, затем ловит мой взгляд.

— Ты не переедешь к Глебу.

— Да ну? – складываю руки.

— Да ну, – передразнивая, отвечает Ярославский. Снова переворачивая секцию, он поднимается на ноги. – Я поговорю с твоей хозяйкой.

— Ты?