Книга Сломанные искры, страница 24 – Настасья Карпинская

— Я думаю, он уже пришел в себя и …. Я не хочу ломать ему жизнь.

— Жизнь себе он сам сломал, а не ты. Не окажись рядом меня в тот момент, ты бы сейчас лежала изуродованная в больнице по его вине. И поверь, он бы не испытывал при этом угрызения совести как ты сейчас, – я подошел к ней ближе, беря ее в кольцо своих рук. – Ты все делаешь правильно. – Объятья, поцелуи, поддержка и она успокаивалась.

Как-то совсем незаметно для нас двоих, мы начали жить вместе, я не хотел ее отпускать, а она не настаивала на своем уходе к себе и оставалась у меня. Спустя месяц, мы обнаружили, что в своей квартире за все четыре недели она была всего пару раз.

— Может, уже перевезешь вещи? – спросил как-то после завтрака. Тая мыла посуду, и мы разговаривали обо всем подряд.

— Ты к этому готов?

— Думаю, да, – ответил, обнимая ее со спины и целуя в шею. Она настолько органично влилась в мою жизнь, что я не чувствовал никакого дискомфорта от ее присутствия в своей квартире, хотя раньше, стоило какой-то женщине перебраться на мою территорию, я моментально начинал чувствовать себя притесненным. С Таей все было наоборот, я ощущал себя не в своей тарелке, стоило ей выйти за дверь или остаться у себя. Это было для меня удивительным.

В конце месяца произошло два события: первое, это пришло направление в клинику в Китае, и мы начали активно готовиться к поездке, а второе – бывшего Таи отправили на лечение в психиатрическую клинику. Но я отчего-то был уверен, что этот мудак талантливо симулировал, дабы избежать срока. Радовало только одно, что закрыли его там надолго.

— О чем задумалась? – я вошел на кухню и застал Таю сидящую за столом и с отсутствующим взглядом мешающую ложкой чай.

— Сегодня позвонили с работы, мне надо либо возвращаться, либо увольняться.

— Тебе нравится твоя работа? – я опустился на стул напротив нее.

— Раньше нравилась, а сейчас, я не уверена, что буду полезна пациентам.

— Тогда увольняйся, а после того, как вернемся из Китая, уже решишь, чем будешь заниматься. Насчет денег не переживай, у меня есть накопления и еще за последний проект мне должны перечислить, нам хватит.

— У меня есть небольшие накопления, так что на твоей шее я сидеть не буду, – она улыбнулась, отпивая чай, – просто сама не могу понять, чего я хочу то ли остаться в этой сфере, то ли уйти.

— Возьми паузу, и ответ сам придет. И вообще, кто-то замуж собирался, – Тая рассмеялась, наполняя кухню своим переливчатым смехом.

— Действительно, а я и забыла.

Я очень долгое время мучилась от чувства вины, я убивала себя им день за днем. И только находясь рядом с Ярославом, я начала осознавать, что Олег очень долго мной манипулировал, паразитируя на этом чувстве. Но истина в том, что манипуляциями долго человека не удержишь. Он очень продуманно давил на жалость, чувство вины, перекладывая на мои плечи ответственность за свою жизнь, ответственность за случившееся, он пытался во мне вызвать страх, и это даже ему удалось в какой-то момент. Но все это привело лишь к тому, что я устала от этого давления, устала настолько, что мне стало все равно на него, даже если он что-то с собой сделает, мне уже не будет больно. Я готова остаться в его памяти последней тварью, только лишь бы он отстал от меня, исчез из моей жизни. Эгоистично? Неправильно? Пусть так. Но зато я сохраню себя и свою жизнь в целостности и буду иметь шанс проснуться в одно утро счастливой. Ярослав был прав, человек сам ответственен за свою жизнь и каждый должен браться за штурвал своей жизни, а не проваливаться в истерику оттого, что его жизненный корабль попал в шторм и никто другой не хочет вставать у руля. В своей жизни ты должен быть капитаном корабля, чтобы иметь возможность ей управлять, а не плакать в углу оттого, что корабль разбился.