Книга Оазис, страница 149 – Валерий Гуминский

Что там может быть? Атомные или криоэнергетические накопители? Или новые типы аккумуляторов, про которые ходят легенды среди копателей? Надо бы поискать. Во мне проснулся жуткий крот и хомяк одновременно.

— Хочу посмотреть, — я оживился. — Вдруг что-нибудь обнаружу.

— Не хочешь же ты сказать, что нам предстоит застрять в этой поганой местности из-за поисков древнего города? — к нам подлетели остальные, услышав последние слова.

— Всего на полчаса! — я умоляюще посмотрел на монаха. — Ты-то можешь и дальше ходить с мечом, а я быстренько смотаюсь туда и обратно.

— Все поедем, — решительно ответил Симон и свистом подозвал свою лошадку. — Нельзя разбредаться и ходить поодиночке. Чревато, знаете ли…

Нам пришлось продираться сквозь захламленный дворик, заброшенный огород, заросший одичалой малиной и смородиной, и углубились в кустарники, старательно отодвигая разлапистые ветки со скукожившимися листочками. Какая-то болезнь поразила растения. Прорвавшись через природную преграду, мы остолбенели, очутившись перед своеобразной аллеей из полусгнивших кольев. Часть из них упала, другие накренились, третьи еще держались, припертые камнями в основании. Но не это ошеломило нас. На каждом из них торчал человеческий череп. Выбеленные от дождей и ветров, с оскаленными провалами ртов и черными глазницами они смотрели на нас с загадочным вниманием. Вроде как приглядывались, кто пожаловал в гости. Типа, не боитесь тех, кто такое сотворил с нами?

Те, кто это сделал, действовал с выдумкой. Он расставлял колья не просто так, не в хаотичном порядке, а делая из них своеобразный указатель к какому-то месту. Сакральный алтарь? Или площадка для жертвоприношений? Тьфу ты, какая дрянь в голову лезет!

— Ой, мамочки! — сдавленно выдохнула Эрика.

Ну, девушке можно испугаться. А мы не стали терять время на рефлексии. Оружие в руки — бдительность утраивается. Вперед выдвигается монах. Он так и не вложил меч в ножны, держа его на весу кончиком вниз. Блеск клинка на полуденном солнце удивительным образом успокаивал.

Черепа висели на кольях очень давно, и за композицией никто не приглядывал. Свежих голов не было видно. Уже хорошо. А то подозрение насчет сумасшедшей секты, живущей в развалинах странного поселка, усилилось. Но страха не было. Канадец спокойно курил папиросу, сжимая кончик в зубах, и едкий дымок щекотал ноздри. Артишок вообще насвистывал что-то веселенькое. Только Эрика была ни мертва, ни жива. Съежившись, она слишком близко приблизилась ко мне, касаясь стременем ноги.

— Испугалась? — я улыбнулся, чтобы успокоить девушку.

— Уже нет, — Эрика мгновенно выпрямилась и расправила плечи. — С вами — не страшно. Подумаешь, черепа!

— Ну, да, всего-то…, — хмыкнул я, раздумывая о людях, чьи головы стали жуткой бутафорией для тех, кто мог посещать эти места. Жили себе, радовались, а потом на деревню напали некроманты и всех поубивали. Головы насадили на колья. В назидание… чему?

— Симон, есть версии? — окликнул я монаха, пока ничего интересного и опасного не происходит. Кругом пустоши, пожелтевшая трава, чахлый кустарник, кое-где раскинули корявые ветки деревья с облезлой корой.

— Пока только одна, — откликнулся маг. — Здесь жили некроманты, творили свои обряды. Кто-то из Ордена прознал про это гнездо, организовал нападение. Я же говорил, что на деревню обрушили магический удар. Такие плетения используют как оружие последнего шанса. Направленный мощный взрыв с освобождением тепловой энергии. Плавит все, даже камень. Оставшихся в живых колдунов и их приспешников казнили, черепа насадили на колья. Это не мирная деревушка, джентльмены.