Книга Оазис, страница 111 – Валерий Гуминский

Показался Канадец, и Симон прервал свою речь. Бывший егерь махал шляпой, словно подзывал к себе. Пришпорив лошадок, мы домчались до него. Канадец ухмылялся.

— Вам надо бы увидеть это, — сказал он и рукой показал на вершину невысокой холмистой возвышенности, усыпанной булыжниками и валунами. — Поднимемся наверх и насладимся зрелищем.

Заинтригованные, мы поспешили узнать, что такого увлекательного нашел Канадец.

— Лошадей лучше оставить по эту сторону холма, — предупредил он. — Не хочу, чтобы нас увидели.

Картина и в самом деле была — нет, не забавной — поучительной, как не следует вести себя в Пустоши, когда хозяева этих мест — мета-волки выходят на охоту. С холма хорошо виднелась диспозиция небольшого конного отряда в шесть человек, вставшего кругом и следящего за стаей волков, охвативших их с трех сторон. Вернее, пятеро в седлах караулили одного, копающегося в земле. Что он там делал — издали понять невозможно.

Монах достал маленькую трубу, выщелкнул пару сегментов и стал внимательно рассматривать картину происходящего. Мы молча ждали объяснения.

— Отряд из шести человек, — сказал он. — Больше никого не вижу. Мета-волки готовятся к броску. Идут отвлекающие маневры, а с тыла подбираются три боевых морфа. Именно они должны напасть со спины. Один из людей выкапывает из земли корни растения. Не понимаю, зачем ему это надо. Возможно, травник. Значит, отряд не зря здесь находится.

— Что здесь полезного может расти? — пробурчал Артишок. — Кругом бурьян, сухая полынь, колючки и дрянная трава, которую даже лошади есть брезгуют.

— Полагаю, есть нечто такое, из-за чего травника (или кто он там на самом деле) охраняют пятеро, — усмехнулся монах и сложил трубу, после чего спрятал ее в кармане куртки. — Надо помочь людям.

— А зачем? — возразил Канадец. — Легче дождаться, пока твари расправятся с дурачками, сунувшими нос в Пустошь, а потом проскользнуть дальше.

— Фил, — мягко произнес брат Симон, — ты, видно, забыл мои слова об обязательности посещения хозяина земель, через которые нам придется идти. Если мы спасем этих бедняг — мы получим неплохой профит для безопасного прохода.

— Как мы будем их спасать? — Артишок сплюнул в сторону. — Пока домчимся, волки сожрут всех шестерых и на нас накинутся.

— Я займусь боевой троицей, — пояснил монах, — а вы, что есть силы, неситесь вперед и отвлекайте морфов. Их пятеро, да вас трое — сила приличная.

— А если они в нас начнут стрелять? — я категорически не хотел вмешиваться в происходящее. Да разве Симона переубедишь? Монах со своими жизненными принципами медленно но неуклонно подчинял нас, заставляя совершать поступки, о которых мы раньше и помыслить не могли. И сейчас правильные слова Артишока просто упали в пустоту. Мы пойдем и сделаем так, как хочет боевой святоша. Неужели снова сработала ментальная закладка? Канадец молчит, проверяет свои револьверы, с щелчком прокручивая барабаны. Артишок готовит дробовик, что-то бормоча себе под нос.

— Не думаю, — монах свистнул, и его лошадка рыжей масти подскочила, гарцуя на месте. И когда успел приручить, хитрый святоша? — Господа, время идет. Отсюда до тех людей — около двух миль. Поспешите.

И он легко взлетел в седло, понукнул лошадь и понесся вдоль холма. Я понял его маневр. Хочет зайти с тыла, чтобы мета-волки не успели провести перегруппировку.