Книга Всадники Роха, страница 9 – Валерий Гуминский

— Спички, нож не забыл?

— Да, – вставая на лыжи, имевшие кожаные старые крепления, которые просто обхватывали унты, сказал Сергей. Он попрыгал для верности, ощущая, как пружинится полотно лыж, потом закинул рюкзак на спину, а карабин повесил на шею, чтобы руки были свободными. – Мы пошли. К обеду не ждите!

И парочка быстро выскользнула со двора, повернула налево в сторону ручья, съехала с горки и вскоре исчезла из виду.

— Сергей, зачем вы взяли ружье? – полюбопытствовала Алена, слегка повернув голову. Она шла первой, легко прокладывая лыжню в плотном насте. – Боитесь зверей?

— Привычка, – легко работая руками, он вошел в ритм, и уже не отставал от девушки. – Алена, давай на «ты»? Как-никак уже несколько часов знакомы. Кстати, я же вечером тебя с вилки кормил консервированными ананасами!

Алена рассмеялась, встряхнув пшеничным хвостом на затылке.

— Спасибо за заботу! Только ананасы были не очень вкусные! Но как закуска – просто находка! А я, кажется, вспомнила, где видела тебя!

— И где? – заинтригованно спросил Низовцев в спину Алены.

— В две тысячи девятом, в Красноярске, на базе олимпийского резерва. Вы же биатлонист?

— Хм, да. Но только бывший.

— Почему?

— Ногу сломал на соревнованиях. Слетел с крутого спуска. Идиотская ошибка одного ретивого стрелка. Там завал был большой. А я шел следом, и чтобы не влететь в кучу малу, отвернул чуток, ну и занесло меня в овраг. Прямо с ограждающей сеткой ушел туда. И все. После бегать уже не мог. А как ты могла меня видеть?

— Да мы там готовились к новогодним стартам. Я ведь «каэмэс», до сих пор подаю большие надежды, – засмеялась Алена. – Когда в машине ехали, я все вспоминала, где могли мы видеться. А когда Анатолий Семенович тебя по фамилии назвал, я тут и вспомнила. Ты, кстати, хорошо стрелял!

— Ну, это у меня не отнять, – усмехнулся Сергей.

— Тогда догоняй! – крикнула спутница.

Девушка взвинтила темп и пошла вперед широким шагом. Больше всего Низовцев боялся, что она налетит на какой-нибудь скрытый под снегом комель или поваленный ствол дерева, поломает лыжи, а то и ноги. Но время шло, а Алена так же легко скользила по целине, умело объезжая кустарники и видимый глазу валежник. Потом следуя совету Никитича, они съехали пониже к ледяному ручью и помчались по нему. Сергей краем глаза следил за сопкой, которая все время находилась по левую от них сторону, и как только миновали ее, крикнул:

— Алена, давай свернем влево, поднимемся на взгорок и обогнем сопку!

— А зачем? – азартно спросила девушка. – Здесь очень хорошая трасса!

— Хочу проверить одно место! Меня вчера Никитич заинтриговал!

Не говоря ни слова, девушка сбавила ход, осторожно сошла с ручья и пошла по левой стороне русла. Через десять минут подошва сопки стала закругляться и уходить в сторону. Обогнув ее, путешественники словно в другое место попали. Солнце плохо освещало эту сторону сопки, и густой ельник выглядел совсем мрачно. Алена притихла, пошла медленнее. Где-то покрикивала сойка, тарабанил дятел, а легкий верховой ветер слегка ворошил кроны деревьев. Стоял сплошной шум, создаваемый густыми лапами елей и кедров. Где-то сорвалась снежная шапка и со смачным шлепком упала на землю. Ехать становилось труднее из часто попадающихся на пути лежащих сосен, уже давно сгнивших. Присыпанные снегом, они представляли большую опасность. Не сговариваясь, Сергей и Алена скинули лыжи, и теперь бок о бок шли дальше, углубляясь в лес. Примерно через пятнадцать минут ходьбы они вышли на опушку, окруженную массивными кедрами, а посредине стояло небольшое зимовье, окруженное покосившимся забором из неошкуренных жердей. В избушке явно кто-то жил. От дверей были натоптаны тропинки к поленнице дров, к небольшому сарайчику и куда-то в лес. Сложенная из плоского камня труба курилась дымком.