Книга Всадники Роха, страница 118 – Валерий Гуминский

После обеда Хрор выглядел лучше, и уже благосклонно воспринял приближение Сергея к своей тушке. Осторожно обнюхал лоскут одежды своего мертвого хозяина, помотал шеей. Вздохнув, Низовцев взял повод и привязал его к задней луке своего седла. Хрор спокойно перенес процедуру. Корнуто в этом мире – вещь дорогая, просто так не бросишь, в лес не отпустишь на вольные хлеба. Все равно кто-нибудь подберет. А так можно его продать. Или приучить к себе? Будет запасной саурус. Грустно улыбнувшись, Сергей вскочил на Чероки и дал команду. Ящер затрусил в лес, чтобы спуститься с противоположного склона холма. Примерное направление к землям Люта Низовцев знал, но не был уверен, что сможет в одиночку пробиться домой. Отряд уже прилично должен был оторваться от преследователей, и надежда на встречу таяла, как снежный ком под солнцем.

Покачиваясь в седле, Сергей раздумывал о нападении оборотней. По логике вещей выходило, что звери были в отряде преследователей или под рукой Офераза. Слишком быстро и одновременно с атакой нюхачей появились они, зайдя с тыла. Отвлекающий маневр почти удался. Могли оборотни быть магами, что шли с магистром? Вполне себе могли. Основная ударная сила Офераза сработала чисто. Завязнув в перестрелке с отрядом лесовиков, Сергей и Прохан зевнули тылы. В результате этого следопыт лежит в земле. Да кто бы знал, что одноухий маг будет действовать в связке с Нарви? У каждого были свои виды на беглецов.

Раздраженно дернув поводьями, Сергей ускорил движение Чероки. Хрен с ним, с магом. Если встреча неизбежна – она произойдет. Главное сделано: отряд преследователей обескровлен почти на сто процентов. Пусть теперь в одиночку попытается проявить инициативу.

Опять появилось это чувство, когда из глубины леса тебя внимательно изучают, сверлят тяжелым взглядом, словно пытаются проникнуть в мозг, в мысли, которые и так хаотично прыгают в черепной коробке, не находя выхода. Сергей чувствовал, что за ним кто-то целенаправленно идет, привязанный к следу, как поводком. Это не мог быть человек, вернее, кто-то в человеческом обличии. Ну, маг, например. Внезапно вспомнились слова Мёрана о проклятии чародейства. Действительно, полностью завладев человеческой душой, непонятная энергия, наполняющая до краев своей неуемной силой, извращает настолько, что становится непонятным, для чего она вообще нужна. Управление силами природы дается для свершения каких-нибудь благ, для развития общества, а выходит совсем наоборот. Никто не может устоять перед соблазном возвыситься перед толпой, показать свою избранность. Может, Офераз и был из той когорты счастливых новичков, овладевших природными тайнами, да не удержался перед бушующей в нем магией. Все, как всегда и везде. Сила есть, ума хватает — а все во вред. Зачем идти против природы вещей? Зачем оживлять мертвую материю? Какая извращенная мысль толкнула Офераза на некромантику? Чего он хочет добиться этим? Страха? Подчинения? Уважения?

Сергей про себя фыркнул. Надо же, додумался. Уважение. Одноухий маг теперь ослеплен жаждой мести, и в любом случае достанет своей волшбой тех, кто оскорбил его. Так что начнет с него, не успевшего вырваться из лесов Нарви. Да и хрен с ним, с магом. Можно драться и с ним. Оборотней ведь одолели, значит, Офераз тоже не бессмертен. Пользуется порталами, дерется нечестно. Получается, у Сергея есть моральное право использовать хитрость, вранье и подлые удары.