Книга Всадники Роха, страница 103 – Валерий Гуминский

Рядом тяжело упал Илон, хлопнув по спине задремавшего Аслака.

— Что там?

— Пока тихо, – ответил Сергей и сплюнул в сторону и постучал костяшками пальцев по прикладу «рифла». – Ходят, как на своем подворье. Ты привел корнуто?

Илон, в свою очередь, сделал «козу» из пальцев, словно тоже старался не спугнуть удачу.

— Да, привязал мальчиков неподалеку. Вовремя оттуда ушел. Парный пикет проехал почти рядом.

— Нас могут заметить? – напрягся Сергей.

— Прохан говорил, что к ночи все верховые патрули спускаются вниз и остаются до рассвета, – кабез посмотрел на Аслака, поглаживающего ложе своего ружья. – Вот что, парень, давай на стражу, прикроешь со спины. Спрячься где-нибудь неподалеку от корнуто и следи за лесовиками. Если нас обнаружат – стреляй, потому что смысла таиться уже не будет. Нам нельзя попадать в лапы Нарви. Нахцером я быть не хочу.

Аслак был согласен с мнением кабеза и без проволочек исчез в кустах.

Сергея привлекла очередная группа всадников, спускающихся с пологого склона в чашу кратера. Что-то было в ней неправильно, выпадающее из общего фона происходящего. Пять ящеров, ступающих друг за другом с небольшим интервалом. А вот последний корнуто что-то или кого-то тащит. К задней луке седла привязаны две веревки. Изображение в прицеле дернулось и размазалось, но Сергей быстро сфокусировался на всаднике. Ничего необычного. Лесовик с мрачной рожей держит поперек седла «рифл». А вот к веревкам привязаны два человека. Они с трудом ковыляют по тропе. Хорошо, что наездник не понукает своего корнуто, иначе мощная тушка твари просто не дала бы пленникам идти в щадящем для себя темпе, и поволокла бы по земле.

В пленниках с трудом угадывались пропавшие Афир и Сакал. Парней во время заключения особо не жаловали и мутузили со всем прилежанием. Стражники развлекались, что ли? Лица заплывшие, с кровоподтеками. Сакал хромает, но упрямо держится, сцепив зубы, не дает натянуться веревке. Афир выглядел получше, но и о нем нельзя было сказать, что стража Нарви его щадила больше, чем товарища. «Чуть» – это, по субъективному мнению Сергея, относилось к меньшему количеству синяков и ссадин.

-Посмотри, – Сергей протянул ружье кабезу и показал направление.

Илон смотрел долго, превратившись в каменную статую. Потом вернул «рифл» Низовцеву. Сжав зубы так, что на скулах образовались желваки, командир застывшим взглядом уставился на раскинувшуюся перед ним котловину, заполненную лесовиками, похожую на большой муравейник.

— Лучше бы они погибли, – тихо прошептал кабез. – У нас нет ни одного шанса вытащить их оттуда.

— Что? – не поверил своим ушам Сергей. – Это ты сейчас сказал?

— Угроблю всю «куатру», – Илон сжал кулаки и с силой шарахнул ими по земле. – Ладно, представим, что нам удалось освободить парней. Придется кому-то садить на своего корнуто второго человека. Ясно, что скорость группы упадет. Лесовики нас враз догонят. Это их дом, они знают все тропки в своем лесу. И не забывай, Серш, что где-то затаился Офераз.

— Не поверю, что ты решил отыграть назад, – пожал плечами Сергей, удивленный колебаниями командира. – Тут вся сложность только с освобождением ребят. Если мы выдернем их из лап Нарви – дальше легче будет. Мы убегаем – нас догоняют. Кто сказал, что будет иначе? Только иногда жертва может стать охотником.