Книга Легенды морей, страница 155 – Валерий Гуминский

— Так он по суше ходит? — я был невероятно удивлён столь точным координатам, где живёт жуткая легенда морей. Куда там Кракену. Он, хотя бы, человек.

— По суше? Аха-ха! — почему-то развеселился Ленивец. — Эта тварь лучше всего чувствует себя в воде, резвится, как щенок, когда голодна. А набьёт брюхо, вылезает на берег и дрыхнет в своей пещере.

— Ты сам это видел? — поразился я рассказу пирата. На сумасшедшего Ленивец не похож, хотя любит собирать слухи и выдавать их за правду. — Твой язык — враг твой. Соврёшь, дорого не возьмёшь.

— Да какое там! — поморщился пленник. — Сам видел. Один раз всего. Выскочила эта поганая змея из воды, встала торчком и башкой водит по сторонам. Мы были в трёх милях от нее! В трёх! Но и на таком расстоянии она казалась огромной!

Я про себя усмехнулся. Нужно принимать во внимание, что матросы в своих байках любят преувеличения. Возможно, Змей не имеет столь чудовищных размеров, но подозреваю, встреча с ним окажется фатальной.

— И как же она вас не сожрала? — не удержался Тью. Я показал ему кулак.

— А у нас и не было шансов, — спокойно ответил пират. — Но тварь любит нападать на движущиеся суда, или по каким-то иным причинам. Мы бросили якорь и убрали паруса. И молились всем богам, которых вспомнили. Повезло.

Замечание Ленивца было весьма ценным, если только он намеренно не вводил нас в заблуждение. Ещё никто не говорил о подобном способе увернуться от Белого Змея, потому что никогда не встречался с ним. А кто встретился — погиб. Выходит, этот драный пират не лгал?

Я взглянул на Дор Хадана, сделал жест, понятный только нам — и тускло блеснувшая сталь тальвара вошла в левый бок Ленивца, разрезая сердце пополам. Пират умер мгновенно, даже не поняв, что произошло.

— Зачем? — поражённо спросил Эстеван, не привыкший к столь радикальном методу избавления от свидетелей.

Остальные только переглянулись. Тью, правда, гулко сглотнул от вида завалившегося на землю Ленивца.

— Сынок, этот человек — лазутчик Локуса, — устало пояснил я молодому дворянину. — А Локус является одним из тех старых фрайманов, которые ещё тридцать-сорок лет назад наводили ужас на торговцев и жителей прибрежных земель, что в Сиверии, что в Дарсии. Ленивец намеренно устроил крушение своей «Медузы», чтобы попасть на Канталавегу. Кракен старается не допускать заселения острова пиратами, зная, чем это грозит. Поэтому жителями становятся бывшие рабы, несчастные, ищущие своей лучшей доли, ну и попавшие в кораблекрушение. Ленивец знал, что Кракен их не выгонит, и поэтому воспользовался случившимся. Вот из-за этого он и должен был умереть. Нельзя, чтобы старцы узнали о моём появлении раньше, чем я найду Паскаля и Эскобето.

— А его друзья — тоже лазутчики? — спросил Тью, пришедший в себя.

— Скорее всего — нет. Ползун, Призрак, надо избавиться от тела, пока ночь.

— Старым способом? — деловито спросил Призрак. — Камень на шею, и на корм рыбам?

— И желательно подальше от берега.

— Тогда нужно вызывать шлюпку. По пути и сбросим.

Пока парни копошились с трупом, мы сидели снаружи, привалившись к стене сарая. Тью хотел отнести фонарь обратно в таверну, но я удержал его. Люди, наверное, уже спят, не надо их тревожить. Да и лишние передвижения по берегу могут привлечь ненужное внимание. К тому же как-то надо вызвать шлюпку. Рич с Озавой и ребятами уже должны быть на корабле.