Книга Королевская охота, страница 199 – Валерий Гуминский

— Сколько охраны?

— Обычно трое-четверо, — Тюлень ножом откромсал подол платья, обнажив ноги чуть ли не до колен. Рич не сдержался и хохотнул от такой картины.

— Подобраться незаметно можно?

— Нет. Не получится. Коридор просматривается до самой верхней площадки парадной лестницы. Да и там ещё двое, — Тюлень шмыгнул носом. — Этих я могу взять на себя, а дальше придётся шуметь.

— Спальня, получается, в самом конце крыла? — сообразил я.

— Ну да.

— Так-так, — я лихорадочно обдумывал, как нам пробраться в смежное крыло. — А там есть балкон или терраса?

— Открытая терраса, там герцогиня после обеда посиживает, с подругами беседует.

— Будем заходить с улицы, — решил я. — Помнишь, Рич, как мы к Эскобето ночью в дом забрались?

— Весело было, — ухмыльнулся пластун.

— Действуем по такому же плану. Но сначала надо тела вытащить на террасу, чтобы никто не обнаружил их раньше времени.

На улице вовсю разошёлся дождь. Он бил по крышам и водопадом обрушивался вниз, заливая внутренний двор огромными лужами. Ветер то и дело рвал плотные потоки, кидая их то на окна, то на стены. Балконы и террасы маслянисто блестели в неярких отблесках магических фонарей, висящих под козырьками хозяйственных построек. Но главное, непогода загнала всех внутрь, и нас никто не заметит.

Терраса, на которой мы стояли, огибала всю северную часть здания, а дальше, где соприкасались крылья дворца, шла пустота, которую нам нужно было преодолеть. Навскидку, прыжок не представлял никакой опасности, если быть внимательным и осторожным при приземлении. Слишком скользко.

Над Фарисом прогрохотало перекатами грома, как будто началась бомбардировка крепости. Ого, это нам на руку!

— Где вход в спальню? — пришлось говорить в ухо Тюленю из-за шума дождя.

— Увидите! Там хмелем вся стена увита! — так же ответил мне штурмовик.

— Понял! Возвращайся обратно, возьми фонарь и подай световой сигнал «атака»! А сам спрячься и дожидайся нас. Услышишь шум в коридоре, ударишь в спину противнику.

— А как же Тью?

— Чёртов мальчишка! — не выдержал я. — Знаешь, где его держат?

— В подвале. Я могу провести.

— Ладно. Мы пошли. Давай, Тюлень, шевели ластами! Твои друзья желают развлечься!

Тюлень убежал, а мы спокойно перепрыгнули на террасу западного крыла и устремились к опочивальне герцогини. Сориентировались по густому хмелю, красиво разросшемуся по верху входной арки. Я показал знаком, чтобы все замерли, и осторожно, шаг за шагом, приблизился к плотно закрытой двери. За стеклянным полотном не было видно ни одного отблеска фонаря или свечи. Значит, спят.

Распределяю роли между бойцами и осторожно тяну на себя створку. Не открывается. Тогда решаю толкнуть внутрь. Есть! Без скрипа дверь распахивается — и четыре фигуры в мокрых чёрных одеждах проскальзывают внутрь. Здесь пахнет воском, какими-то благовониями и духами. В глубине огромной спальни видны очертания алькова, едва колыхающиеся от притока воздуха через маленькие оконца шёлковые занавеси.

Сомневаясь, что герцог мог остаться с женой на всю ночь, я осторожно — благо, огромный мягкий ковёр скрадывал все звуки — подобрался к широкой кровати и внимательно посмотрел на лежащих на ней людей. Женщина спала, свернувшись калачиком и натянув одеяло чуть ли не до носа. Только чёрная копна волос, выбивающихся из-под ночного чепца, подсказывала, кто передо мной. Мужчина лежал на боку и мерно похрапывал. Я склонился над ним, внимательно разглядывая в мягкой полутьме лицо. Вроде бы, по описаниям короля и знающих Тенгроуза людей, это был он. Нужно же убедиться, а то всякое может случиться! Вдруг у герцогини любовник, открыто посещающий её спальню, а сам Петрик Тенгроуз куда-нибудь уехал. К моему облегчению, супруги верны друг другу.