Книга Королевская охота, страница 159 – Валерий Гуминский

Дождавшись удобного момента, он подпрыгнул, словно паук прилип к стене, и тут же, не теряя ни единого мгновения, как выпущенный из пращи камень, взлетел на самый верх. Замерев в позе какого-то животного, сидя на корточках и опершись руками на край стены, он повертел головой и исчез. Рич, который сопровождал меня, только удивлённо хмыкнул. Наби-Син уже торчал на крыше дома, от которого до особняка Тенгроуза рукой было подать… если только идти по земле, а не лететь. Вот тогда я и понял, какими амулетами мне удалось завладеть. Низарит играючи перемахнул пустоту между жилым домом и особняком, а дальше я потерял его из виду. Кто-то громко заорал, увидев человека на крыше, поднялась суматоха.

Я и Рич замерли, прячась в глубокой тени переулка. За Наби-Сина не боялись. Этот ловкий мерзавец даже с голыми руками опасен, не говоря уже про нож, который я ему разрешил взять с собой.

Наконец, наступила тишина. Видать, никого не поймали, поэтому и успокоились. Стража возле ворот тоже перестала маячить, а в нетерпении стал ждать возвращения Наби-Син. Но сколько бы ни всматривался в размытые бледным сиянием местной луны улицы, низарит так и не появился. Он возник за нашими спинами так неожиданно, что даже Рич не успел среагировать. Вернее, почувствовал чьё-то присутствие за спиной, выхватил нож и замер, ощутив на своей шее холодную сталь кинжала. Халь-фаюмец прижал палец к губам, и сверкая белками глаз, убрал оружие. Показалось, он беззвучно кривил губы в улыбке, а мне было не до смеха. Опасен Наби-Син, очень опасен. Не сделал ли я ошибку, дав ему гораздо больше воли, чем требовала ситуация? Прирежет однажды, когда потеряю бдительность, и с моей головой вернётся к хозяевам.

Но сейчас, стоя на палубе «Тиры» и глядя на вытворяющего невероятные фокусы Наби-Сина, я убедился в своей правоте. Халь-фаюмец дал мне клятву, которую не нарушит ни при каких обстоятельствах. В паре с Ричем он станет той самой ударной силой, которой нет даже у Алана Волка.

К сожалению, низарит не смог найти кабинет и спальню герцога; скорее всего, они располагались в глубине особняка, и чтобы добраться до них, предстоит провести серьёзную разведку. Теперь вся надежда на Тюленя…

— Командор, надо возвращаться! — закричал Пегий с капитанского мостика. — Не нравится мне та штучка на горизонте! Как бы не хельм надвигается!

— Поднимай якорь! — я скользнул взглядом по молочно-белесым облакам, скручивающимися в гигантский штопор. Попасть под хельм на закате дня не рискнул бы ни один бывалый шкипер, будь даже у него на корабле гравитоны. Надо возвращаться в Фарис и прятаться в бухте. Уже все давно обратили внимание, что рождённый в глубинах безбрежного океана хельм никогда не приближается к берегу. Он ищет свои жертвы в открытых водах, и найдя, безжалостно уничтожает и раскидывает обломки кораблей в разные стороны.

Хельм быстротечен. Он несётся по морской глади, жадно глотая своей пастью любую пищу, которая попадётся ему на пути. Поэтому наш экипаж не надо было подгонять. Даже штурмовики бросились помогать матросам. Часть из карабкалась по вантам, чтобы освободить нижние края парусов и распустить их, а другая крутила кабестан, поднимая якорь. Через несколько минут «Тира» мчалась к Фарису. Ритольф не стал активировать гравитоны — мы и так успевали укрыться в гавани.